— Денег с нее возьмем за молчание? Ты разве не этого хотел, когда просил фотки организовать? — хмыкнул Мишаня.
А ведь, правда, почему нет? Яна у него деньги брала без зазрения совести, не считая, однако, своим парнем.
— Ну, что скажешь? — с интересом смотрел Михаил. — Девчонка при деньгах? Есть что с нее тянуть?
— Ну-у… — неуверенно протянул опер, а потом кивнул: — Пусть ищет.
Наказывать, так до конца.
— Добро, — кивнул и Мишаня и полез во внутренний карман куртки. — Вот, держи, твоя доля, — он протянул Саше небольшую пачку банкнот, перевязанных канцелярской резинкой.
Воронов взглянул с недоумением.
— Клиент остался очень доволен твоей девкой. До самого утра с ней развлекался, — усмехнулся тот и добавил серьезно: — Бери, твоя доля. Если проблемы какие возникнут, тебе улаживать. Да и вообще, мало ли что нужно будет подчистить…
Немного помедлив, Саша все же взял деньги. Засунул их в карман джинсов и отвернулся к окну, чтобы не выдать своего внутреннего состояния. Как ни пытался убедить себя в том, что Яна это заслужила, в глубине души все равно копошились ледяные щупальца, выворачивая наизнанку душу, пытаясь найти в ее недрах то светлое, что еще осталось.
— Ну, так как, по рукам? — из задумчивости его вывел голос Михаила. — Теперь будем сотрудничать, а не враждовать?
Повернув голову, Воронов увидел протянутую для рукопожатия руку. Теперь он с ними. Нет, теперь он один из них.
Деньги жгли карман, и, вместо того чтобы поехать прямиком на работу, Воронов отправился в торговый центр, расположенный неподалеку. В супермаркете на первом этаже он набил целую тележку продуктов, затем, загрузив пакеты в машину, вернулся в детский магазин и набрал там разных игрушек. Еще десять минут спустя Саша остановил машину возле старенькой пятиэтажки, где жила неблагополучная семья, состоящая у них на учете. Ему как-то пришлось столкнуться с ними по службе, и с тех пор они не выходили у него из головы. Жалко было пропадающих у непутевой матери детей.
Водрузив в руки многочисленные пакеты, он поднялся на первый этаж и остановился перед обшарпанной, почему-то чуть приоткрытой, деревянной дверью. Надавив на нее локтем, Саша прошел внутрь грязной, захламленной квартиры. Навстречу ему выскочила девчушка лет пяти в замызганной одежонке, следом на звуки появился и мальчик среднего школьного возраста. В квартире стоял спертый, затхлый запах, говорящий о том, что жильцы здесь не прочь выпить. Опустив пакеты на пол, Воронов присел на корточки перед девочкой и, достав из пакета куклу, протянул ей.
— Анютка, держи, это тебе, — улыбнулся он, отмечая, с каким восторгом и удивлением уставилась на игрушку малышка.
— Мне?! — недоверчиво переспросила она, глядя на него огромными голубыми глазами.
— Тебе-тебе, и вот там еще, — опер протянул ей пакет с игрушками.
— Спасибо! — все еще не веря своему счастью, девочка принялась рыться в пакете и, доставая каждую новую вещь, с ликованием показывала ее брату.
— Здрасьте, дядь Саш, — сдержанно поздоровался мальчик, стоявший за ее спиной.
— Как дела, Мить? Почему дверь открыта? Мать где? — спросил Воронов, выпрямляясь во весь рост.
— Спит, — пацан кивнул на закрытую дверь в комнату.
— Пьяная?
— Не, вчера немного только.
— На работу-то ходит?
— Да, вроде…
— Ладно, здесь продукты, приготовь чего-нибудь, сестру накорми, — опер кивнул на пакеты, затем достал из кармана оставшуюся наличку и протянул парню. — А это спрячь, чтоб мать не нашла. Еды купишь, если совсем не будет, понял?
— Спасибо, дядь Саш, — кивнул пацан, взяв деньги и, чуть улыбнувшись, добавил: — Спасибо, что помогаете нам. Мамку на работу устроили, она хоть не пьет теперь так. Без вас мы бы уже давно загнулись. Вы очень хороший.
Хороший… Это слово еще долго эхом отдавалось внутри. А вот них*ра он не хороший! Да, в принципе, и никогда не хотел им быть.
От невеселых мыслей Воронов не смог отвлечься даже на работе. Вечером он снова напился. Лишь бы не думать. Скорее провалиться в тяжелый беспробудный сон. Благо, что впереди ждали выходные, и он мог себе это позволить. А в понедельник, подъехав к отделу, сразу увидел Яну. Она стояла возле входа, переминаясь с ноги на ногу и нервно теребя в руках ремешок сумки.
Сделав вид, что не заметил ее, Саша припарковался в конце стоянки, затем прикурил сигарету и неспешно вылез из машины. Так же неторопливо направился он и к зданию ОВД, на ходу раздавая рукопожатия знакомым сотрудникам. Лишь когда до девушки оставалось не больше нескольких шагов, он вскинул голову и взглянул на нее с удивлением.
— Привет, — Саша выдал натянутую улыбку. — Ты какими судьбами здесь? Случилось чего?
Яна замотала головой, но ее красные от слез глаза говорили об обратном.
— Как твоя новая жизнь? — все с той же искусственной улыбкой поинтересовался опер.
— Саша… — ее голос задрожал.
— Ну-ка пойдем, — сделав пригласительный жест, Саша подхватил ее под локоть и повел в сторону входа в отдел.
Пока они шли по коридору, навстречу выскочил один из оперов.
— Сань, в больничку сгоняешь? Потерпевшую допросить.
