Вероятно, это связано с тем, что первое поколение легко могут исключить за незначительное нарушение, а наследников почти невозможно исключить, если только они не совершат что-то особенно отвратительное, что невозможно оправдать. Или не разозлят не тех людей.
Система несправедлива, но реальный мир тоже несправедлив, и особенно наш мир.
Когда я обхожу здание, чтобы осмотреть территорию, уже почти полночь. Большинство окон темные, а наружное освещение тоже выключено.
Безопасность здания оставляет желать лучшего: есть только журнал регистрации, в котором отслеживаются ID-карты всех входящих и выходящих, простая система камер видеонаблюдения и функция блокировки, которая может быть активирована в случае чрезвычайной ситуации на территории кампуса. В остальном здание совершенно незащищено.
Легко остаться незамеченным, поскольку рядом с общежитием находится лес, и как только я заканчиваю обход и убеждаюсь, что нет никаких сюрпризов и ничего важного не пропало из планов, которые Джейс достал для меня, я направляюсь в задний угол здания.
У Майлза занавески почти полностью задернуты, но прямоугольник света, пробивающийся между панелями, говорит мне, что он еще не спит.
Держась в тени, я быстро забираюсь на одно из больших деревьев напротив его окна и устраиваюсь на толстой ветке, прислонившись спиной к стволу.
Я не могу хорошо видеть комнату, потому что шторы закрывают большую часть окна, но прямо в поле моего зрения находится стол, роскошный компьютер, который может соперничать с компьютером моего брата, и сам герой дня, растянувшийся в удобном кресле и яростно печатающий на клавиатуре.
Я также вижу примерно половину его кровати, тумбочку и угол комода.
В комнате темно, за исключением нескольких гирлянд, светящихся мягким голубым светом. По обе стороны от его стола стоят световые столбы, на которых все цвета спектра поочередно появляются и исчезают, так что кажется, будто свет движется по столбам волнами.
Как и у моего брата, клавиатура Майлза имеет подсветку, но в то время, как Джейс предпочитает красный свет, у Майлза он радужный, а три огромных экрана перед ним позволяют легко видеть, что он делает.
На одном экране запущена игра, в которой его персонаж блуждает по фантастическому ландшафту. Игра мне знакома, но я не могу сразу вспомнить, что это за игра. Центральный экран мне очень знаком, благодаря тому что я живу с братом. Строки кода и команды мигают и сменяют друг друга на экране, пока Майлз работает над чем-то, хотя я нахожусь слишком далеко, чтобы что-то разглядеть. На последнем экране идет эпизод старого комедийного шоу с субтитрами. Если он похож на моего брата, то Майлз, вероятно, просто использует его как фоновый шум, пока работает.
Наблюдая за ним, я пытаюсь представить, как выглядит остальная часть его комнаты, основываясь на планах, которые я изучил. Помимо кровати, стола, тумбочки и комода, в комнате должны быть книжный шкаф, комод, гардеробная, а также диван и журнальный столик, которые не видны с этой стороны комнаты.
Возможно, он переставил мебель, но что-то подсказывает мне, что он не из тех, кто заботится о планировке комнаты, энергетическом поле или чем-то еще, что люди используют как повод, чтобы переставлять вещи без реальной цели или причины.
Я наблюдаю, как Майлз откидывается на спинку стула и достает телефон из кармана худи. Он несколько раз нажимает на экран и ногами поворачивает стул в медленном круге, и я могу видеть его лицо, когда он улыбается своему телефону.
Я запомнил его фотографию на удостоверении личности и просматривал его редкие посты в социальных сетях, но не помню, чтобы когда-либо видел его на территории кампуса. Это означает, что либо мы раньше не пересекались, либо он в жизни такой же скромный, как и на фотографиях.
Увидев его сейчас, я понимаю, что верно второе.
Майлз — идеальный
Майлз смеется над чем-то на экране своего телефона, и я поражен тем, как молодо он выглядит. Отчасти это из-за его детского лица и ангельских черт, а его слишком большое худи с капюшоном и спортивные штаны определенно не помогают, но в этот момент он выглядит как невинный ребенок, хотя до его девятнадцатилетия осталось всего несколько месяцев.
Трудно поверить, что он помогал кому-то убить Феликса, но он это сделал, и это делает его опасным, независимо от его детского лица.
Игнорируя остальное снаряжение, которое я упаковал в свое худи, я достаю маленькую цифровую камеру с невероятно мощным объективом и делаю несколько снимков комнаты и Майлза, чтобы позже к ним вернуться. Когда я получаю то, что мне нужно, я убираю камеру и устраиваюсь на ветке.
