– Предупреждаю сразу... – Леон оборвал Глаза, который пытался убедить нас в своей искренности. – Если только пойму, что ты пытаешься меня обмануть, или же задумаешь недоброе против кого-то из нас – вот тогда пощады не жди. Никаких душеспасительных разговоров я с тобой вести не буду, и уж тем более не намерен взывать к твоей порядочности, которой просто нет. Заодно не желаю слышать жалобы на тебя от своих спутников, а не то могу и рассердиться. Все понял?
– Леон...
– Не стоит бесконечно повторять мое имя, я и так уже много лет знаю, как меня зовут... – Леон снова кивнул Эдгару. – Развязывай.
– Может, ему еще и оружие отдать?.. – пробурчал тот.
– Пока не надо, а дальше посмотрим.
– У меня другое предложение, более привлекательное... – усмехнулся молодой человек. – Следует хорошенько дать этому типу камнем по башке, и мы сразу избавимся от возможных неприятностей! Ради такого благого дела я даже согласен сделать это своими руками! Возьму грех на душу, хотя избавить мир от такого человека – это не грех, а благо.
– Может, ты и прав, но я уже принял решение... – нахмурился Леон, и Эдгар неохотно поднявшись со своего места, шагнул к пленнику.
– Согласна с Эдгаром... – негромко сказала я Леону, пока мрачный Эдгар распутывал узлы на руках Глаза. – Я ему не доверяю. Вот не верю, и все!
– Правильно делаешь... – так же негромко отозвался Леон. – Из того, что он нам рассказал, правды, скорей всего, немногим более половины.
– Тогда я ничего не понимаю!
– То, что он не тронет никого из нас до того времени, пока мы не придем в поселок местных жителей – в этом можно не сомневаться. Ранения у Глаза действительно серьезные, и он, как опытный человек, понимает, что в его случае обычный лекарь ему не поможет – одна надежда на Тайу-Та, а тот к пришлым относится достаточно неприязненно. Так что у Глаза огромные проблемы, и без помощи местных ему никак не обойтись, а те вовсе не горят желанием помогать чужакам. И потом, до поселка надо еще добраться, а в дороге есть пара опасных мест. Глаз – хороший охотник, и, несмотря на свое гм... недомоганье, может нам помочь, во всяком случае, несколько дней у него в запасе еще есть.
– А потом?
– Об этом пока говорить не стоит.
– А кто такой Тайу-Та?
– Так сразу и не ответишь. Но если коротко – это едва ли не самый лучший лекарь Делфа, и этот человек пользуется огромным влиянием. А еще его бесконечно уважают...
Последовавший затем ужин прошел в молчании, причем Глаз не только отказался ужинать вместе с нами – он даже пересел подальше, чтоб до него не доносились запахи еды. Что ж, хоть в чем-то этот человек не соврал. Вместо еды Глаз пил воду, и в немалых количествах. Заодно Леон и Эдгар договорились о дежурстве этой ночью. Прекрасно, надеюсь, что хотя бы сегодняшней ночью я высплюсь.
Единственное, что меня раздражало, так это Глаз, вернее те долгие взгляды, которые он часто устремлял на меня, и под этим тяжелым взглядом я чувствовала себя весьма неуютно. Впрочем, столь пристальное внимание заметила не я одна, и я видела, что моим спутникам подобное не нравится. Впрочем, мое терпение лопнуло куда раньше, и вскоре я не выдержала:
– Слушай, Глаз, хватит на меня таращиться! Мне это неприятно. Если тебе заняться нечем, то на небо посмотри – вот, там уже и звезды высыпали!
– Чего злиться-то?.. – пробурчал в ответ Глаз. – Я тебе вроде ничего не сказал...
– И не говори!.. – оборвала я его. – Общаться с тобой меня не тянет от слова «совсем».
– Ты красивая. Я таких почти не встречал...
– Твои комплименты меня не интересуют... – надо сказать, что мне крайне неприятен этот человек.
– Просто хотел сказать, что в пещере я тебя просто не рассмотрел – темно, свет непонятный, тени падают...
– А что бы изменилось, если б там было светлей?.. – поморщилась я. – Ты мне там голову едва не отрезал, причем в прямом смысле этого слова, а вел себя, что даже вспоминать не хочется. Противно. Если б я не сумела отвлечь вас разговорами, и если б не произошло нападение той белой твари, то меня бы уже на свете не было! И ты еще спрашиваешь, почему мне не нравишься? Было б странно, если бы после всего я испытывала к тебе нежные чувства.
– А ведь понял, отчего та белая образина тебя не тронула... – неприятно усмехнулся Глаз. – Правда, до меня это дошло далеко не сразу. Там, в пещере, одежда на тебе висела обгорелыми лохмотьями, да и от тебя самой крепко несло паленым. Что, белая тварь боится этого запаха?
– С чего ты так решил?
