Далекий огонек коротко мигнул вдали и пропал. Хлопка двери дома в холмах не было слышно — слишком далеко. Темная фигурка бежала сейчас по новорожденной траве прямо к маяку. Отринув страхи и древние договоры, забыв о разногласиях и кровной вражде — ради одного человека, который дорог многим. Дин постарался думать об Эйдане, только о нем.
Воздух ощутимо задрожал, меняясь. Резко похолодало, а запах водорослей стал навязчиво лезть в нос. Черты лица феи заострились, губы раздвинулись, не скрывая больше хищные челюсти. Обтянутые сероватой кожей тощие руки повисли вдоль тела, неловко цепляя кончики длинных волос.
— Разве так лучше? — голос ее стал высоким и резким, совсем как у Адама, когда тот волнуется.
— Лучше, — кивнул Дин, стараясь не моргать. — Честнее.
Прежний облик казался прекрасным для человеческого взгляда, но нынешний — истинный — был не хуже, Дин не лгал. Как фотограф, он понимал редкую красоту мерцающих глаз и тонких, похожих на сухие веточки скул, длинных пальцев с лишними суставами и заостренных ушей со сложным лабиринтом завитков. Перед ним была другая форма жизни, пугающая, могущественная, но гармоничная и по-своему красивая.
— И ты пойдешь со мной? — недоверчиво спросила она.
— Нет, — покачал головой Дин. — Я уже выбрал море.
Горные медведи умеют ходить на двух ногах и передвигаются бесшумно, несмотря на солидный вес. Фея почувствовала его за миг до того, как огромные лапы сомкнулись на ее впалой груди. Она визгливо заверещала, зашипела, хватаясь за жесткий мех, но Дин уже ничего не мог разглядеть: высокая светлая лошадь с развевающейся гривой подсекла его на бегу, в хитром прыжке поймала себе на спину и бросилась в воду с обрыва.
— Здесь они тебя не достанут, — сказала она дрожащим от напряжения голосом Уилс.
На обрыве оглушительно стрекотала фея, оказавшись в ловушке лап могучего медведя. Дин видел, как она лягается и кусает зверя своими бесчисленными зубами, а по склону от маяка бежит маленькая лошадка и громко зовет:
— Эйдан! Эйдан, проснись!!! Скорее! Бегом!
Ледяная вода вдруг обняла Дина со всех сторон, зеленые пузыри стремительно понеслись к поверхности мимо его лица. Он беспорядочно забил руками, пытаясь всплыть поскорее и разобраться, что вообще произошло, отчего Уилс уронила его в воду.
— Дин, побудь пока тут! Здесь феи не тронут тебя, а мне надо помочь там, ее не так просто сломать, — протараторила Уилс, стремительно удаляясь в сторону берега.
Похоже, она была уверена, что Дин хорошо плавает и поэтому в безопасности.
Промокшая куртка тянула на дно, ноги грозили вот-вот отказать от страшного холода. Дин не мог даже закричать: все его силы уходили на то, чтобы удержаться на поверхности. На самом деле он неплохо плавал, но детский страх глубины постоянно заставлял его забывать об этом. Он толком не видел, что происходило на берегу, слышал крики и топот, ржание лошадей и визг феи, но куда громче слышал он собственное сердце, колотившееся уже где-то в ушах. Надо было выплыть, выбраться на берег, не думать о том, что под животом у него темная глубина, а до дна бесконечно долго падать среди волн. Дин хватал воду ладонями, греб, дергал бесполезными ногами, хрипел тихо, хотя думал, что кричит. Все выходило как тогда, только гораздо хуже: он был слишком далеко от берега. В тот раз тоже была мутная вода, пронизанная светом у поверхности и темная внизу, горечь в горле и раздираемые солью глаза. В тот раз Дина спасли.
— Эй, держись! Мы сейчас тебя достанем! — закричали камни на берегу голосом Крэйга.
— Есть проблема… я в море могу сорваться и напасть, — нервно произнес Люк.
— А ты не сорвись!
— Крэйг, родной, ты же знаешь, я с трудом контролирую свой голод, а мы не охотились несколько дней…
— Твою мать, это же Дин! Ты что, и его разорвать сможешь?
— А если смогу? Что, если я не удержусь в воде? — конь в яблоках нерешительно перебирал ногами.
— Ну что, мне туда, что ли, лезть? — Крэйг невольно дал петуха.
— Ты мог бы сесть верхом, — просяще протянул Люк.
— И поплыть в море на тебе? Ты совсем спятил, да? А если уронишь? Или тебе нравится, как я облезаю до костей?
— Ответственность за тебя не даст моему безумию вырваться. Крэйг, пожалуйста! Если Дин погибнет по моей вине, я не переживу! Неужели ты не доверяешь мне?
Во время паузы Дин хотел было вмешаться в их беседу, поторопить, но силы окончательно оставили его. Он попытался выбраться из куртки, но только запутался, лишившись теперь и возможности грести руками.
— Ай, ладно! Если что — хоть помру как герой!
