100 лет тому назад в России произошла мещанская (буржуазная) революция. С тех пор и до наших дней в установившемся господствующем мещанстве происходит политическая борьба за власть между либералами и коммунистами, при этом мещанский «средний класс» живёт в нём своей обывательско-потребительской жизнью. В данной книге автор на основе созданной им теории Места общества, объясняет из-за чего и как процесс эволюционного развития человечества сменился на революционный. Обосновывается сущность феномена мещанства, что вносит фундаментальный вклад в развитие мировой науки о роли места в пространстве общества и социальном пространстве. Автор прослеживает изменения в мещанстве с момента его появления и до наших дней, раскрывает идейно-политическую метаморфозу, происходящую с ним. Данная Книга будет полезной для лиц обучающихся по гуманитарным и социологическим направлениям в области изучения философии, социологии, истории, культурологии и политологии.
Философское понимание значений «место» и «общество» в виде его естественного словосочетания «мещанство» как социальной общности и местного общества одновременно в современных философских исследованиях теоретически отражено неполно и противоречиво, что требует его дальнейшего глубокого исследования и осмысления. Находясь в ряду явлений, обнаруживших в России свою подлинную суть, понятие «мещанство» до настоящего времени остаётся наиболее сложным и запутанным феноменом. Русское слово «мещанство» необычайно богато смысловыми значениями. В нём переплелись различные понятия: «западничество», «еврейство», «жидомасонство», «филистёрство», «обывательство», «бюргерство», «буржуазия», «средний класс», «торгашество», «накопительство», «потребительство» и т. д. Всё это понятия по смыслу родственные мещанству, но не исчерпывающие его. В них своеобразно отражаются духовно-практические свойства буржуазного общества, отражая многогранность аспектов феномена мещанства. Эти термины часто применяются нами для выявления характеристик, присущих мещанству, но не раскрывают его пространственную сущность. Для более точного определения мещанства нам проводится анализ множества различных воззрений на мещанство. С этой целью следует построить аналитику пространства общества, чтобы понять его подлинную пространственную сущность, выяснить значение «мещанства» с точки зрения его нахождения в пространственных структурах общества.
С IX в. до начала XX в. понятие «мещанство» или «буржуазия» рассматривалось в Европе как одно из деловых сообществ. Оно официально признавалось городским сословием, местным обществом, обладающим деловитостью, активностью, значительным потенциалом творчества. Например, Г. Гейне в работе «К истории религии и философии в Германии», сравнивая «Максимилиана Робеспьера, великого мещанина с улицы Сент-Оноре», с выдающимся философом Эммануилом Кантом», пришёл к выводу, что «тип мещанина в высшей степени выражен в обоих: природа предназначила их к обвешиванию кофе и сахара, но судьба захотела, чтобы они взвешивали другие вещи, и одному бросила на весы короля, другому – Бога…»[1]. И далее, рассуждая «Почему, однако, стиль «Критики чистого разума» Канта такой серый, сухой, такой скучный?»[2], отвечает: «Он хотел по-барски отмежеваться от представителей тогдашней популярной философии, стремившейся к самой обывательской ясности, и облёк свои мысли в формы природно-замороженного канцелярского языка. Здесь во всей полноте проявился филистер»[3]. В период буржуазно-демократических революций, происходящих в Западной Европе, мещанство стало господствующим строем и приобрело особую значимость.
В России исторически понятие «мещанство» рассматривалось неоднозначно и противоречиво. Так дворянин А. С. Пушкин с достоинством и честью причисляет себя к мещанскому сословию. Ещё в 1830 г. он пишет стихотворение «Моя родословная, или Русский мещанин». В нём поэт с гордостью заявляет о себе: «…я не богач, не царедворец, я сам большой: я мещанин»[4]. Эти слова великого поэта звучат подчёркнуто независимо. Тогда эти слова мог произнести человек, который добился своего признания только собственным трудом. Однако всего через двадцать лет после написания этих строк А. С. Пушкиным А. И. Герцен уже всемерно отстраняется от мещанства, считая его бедой, господством «сплочённой посредственности». Что происходит с мещанством? Почему почти вся дворянская русская общественная мысль середины и конца XIX в. – и философия, и социология, и литература – стала противостоять мещанству? При этом негативные субъективные оценки мещанства усиливались художественными образами, публицистикой, и не всегда совпадали с его объективным содержанием. Всё это обусловило необходимость реального пересмотра феномена мещанства для более точного и полного исследования современных процессов и решения насущных проблем, связанных с ним. Отсюда возникает вопрос: что же произошло с мещанством исторически? Почему мнение о нём менялось так радикально? Чтобы понять явление, необходимо выяснить его сущность, условия возникновения и развития. Автор, исходя из ранее созданной им теории Места общества, попытался распутать этот клубок противоречий, накопившихся за много лет знаний о мещанстве. В своём исследовании он определил пространственную сущность данного феномена и объективно отразил процессы, происходящие с ним.
