Что ж, закончив с обновлением своего «фасада», женщина решила, не помешало бы обновить и гардероб. Сказано – сделано, и Юлия Павловна начала новый захватывающий виток своей жизни, окунувшись в пучину модных магазинов одежды. Захватывающий, потому что раньше ничего подобного в её жизни просто не было.
Правда, поскольку магазины быстро утомляли Юлию Павловну, процесс приобретения новой одежды растянулся во времени. Но и эта растянутость имела свои плюсы – каждый очередной поход для женщины становился приятным необременительным событием, сродни выходу в театр или музей. Зато свежекупленные вещи – яркие, модные, удобные – не то чтобы радовали ее, в них она по-другому себя ощущала. Надев, к примеру, одну из невесомых переливчатых кофточек, которая так приятно прилегала к телу и одновременно красиво оттеняла обновлённый цвет волос, Юлия Павловна поняла – она больше не будет отводить взгляд при виде встречной эффектной красотки, как делала на протяжении всей жизни, стесняясь собственной неухоженности и вечной спешки по неотложным делам. Потому что теперь она, Юлия Павловна, с этой записной красоткой «в одной весовой категории». И поэтому тоже может идти спокойно, никуда не торопясь, не пряча взгляд, выставляя себя напоказ, имеет на это полное право.
Как сладко было чувствовать, что многие страхи, сопровождавшие Юлию Павловну с детства, будто стали тоньше, прозрачнее, что ли! Они не пропали совсем, нет, просто потеряли свою липкость, интенсивность и черноту, позволяя Юлии Павловне не бояться быть самой собой, уверенно высказывать свое мнение, без опаски спрашивать и спорить, если ей что-то не нравится. Это было так необычно и ново!
Поскольку менялась она, мир вокруг тоже стал меняться. То, что раньше могло всерьёз и надолго испортить Юлии Павловне настроение, теперь воспринималось, как легкое недоразумение. А поскольку изменилось её восприятие, напряжение вокруг тоже ослабло. Женщина отныне большую часть времени была спокойна, и люди вокруг неё тоже начали казаться ей спокойными и расслабленными. Теперь все огрехи и шероховатости, не возведенные до уровня катастрофы, устранялись легко, а если их нельзя было исправить, то принимались они Юлией Павловной такими как есть, как что-то неизбежное, но притом не фатальное.
Ведь сейчас у неё были силы, было желание, а главное – были деньги. Да, несмотря на уверения всевозможных гуманистов и философов-бессеребренников, деньги в нашем мире решают всё. Это Юлия Павловна прочувствовала на собственной шкуре. Разве могла она, живя на одну зарплату, перейти в новое качество жизни? Конечно, нет. Все её силы, всё время она вынуждена была бы тратить на то, чтобы просто выживать, а не наслаждаться каждой минутой как сейчас.
Однажды, вернувшись домой из очередного магазина засветло, Юлия Павловна застала Ирэну и Константина Эдуардовича громко ругающимися в коридоре и по этой причине не заметившими появление хозяйки квартиры. Рабочие уже разошлись по домам, а дизайнер, по-видимому, пришла принять очередной этап работ у бригады. Юлия Павловна затаилась у входной двери, вслушиваясь в перебранку. Из эмоциональных выкриков Ирэны следовало, что бригада ошиблась с количеством розеток в спальне и сделала на две меньше, чем было указано в проекте. Поэтому Ирэна требовала от Константина Эдуардовича, чтобы тот завтра, прежде чем клеить обои, сначала установил пропущенные розетки, а то проект придется менять. Да и малое количество розеток создаст неудобства хозяйке дома.
Но Константин Эдуардович с её мнением был решительно не согласен. Набычившись, он упрямо повторял одно и то же: установленных розеток вполне достаточно, а такое количество, какое она напланировала, это излишество и даже вредительство. Потому что все нормальные люди обходятся минимумом, а лишние дырки в стенах никому не нужны. И в крайнем случае всегда можно воткнуть тройник. Да и бригада все монтажные работы уже закончила, нужно было раньше смотреть. Судя по интонациям и количеству язвительных выражений, спор продолжался уже минут пять, не меньше. Очевидно, никто не хотел уступать.
Ирэна начала срываться на визг, а басок Константина Эдуардовича звучал всё грубее и громче. Юлия Павловна хотела было вмещаться и остановить спорящих, но разумно рассудила, что не стоит попадаться им под горячую руку. Она тихонько прокралась в свою комнату, оставив дверь приоткрытой, так как её разбирало любопытство, чем же закончится этот диалог на повышенных тонах. Больше всего Юлия Павловна хотела узнать, почему прораб, имея на руках утверждённый проект, стал делать по-своему. Константин Эдуардович всегда казался ей человеком разумным, пусть и немного себе на уме.
