Любовь есть любовь! Она сметает все препятствия, она добра и великодушна, она готова прощать. Если два существа тянутся друг к другу, никакие преграды не остановят их на этом пути: ни прошлые грехи и ошибки, ни разность характеров, ни семейные традиции и запреты. Они будут вместе. И пусть им сопутствует счастье!Для широкого круга читателей.
Солнце налило нещадно. Джин подняла копну тяжелых каштановых волос и вытерла капли пота с шеи. Скомкав и сунув платок в карман модной белой юбки, она осмотрелась.
А мужчина все сидел и строгал палку. Казалось, он так был поглощен этим занятием, что не обращал внимания на пот, который проступал сквозь рубашку цвета хаки.
Джин это начало уже раздражать. Она встала, пересекла пустое пространство и остановилась перед ним. Он, должно быть, слышал звук приближающихся по сухой траве шагов, но не поднял головы, продолжая орудовать ножом. И Джин почувствовала, что ее терпению приходит конец.
— Сколько это может продолжаться?
На секунду его светло-голубые глаза остановились на ее возмущенном лице.
— Столько, сколько понадобится, — ответил он, снова берясь за работу. — И почему бы вам не вернуться в тень, мисс Джордон? По-моему, вы слегка перегрелись.
Она больше чем «перегрелась», просто кипела и отнюдь не от полуденной жары. Подойдя к нему, она выхватила палку у него из рук и бросила на землю. Ее серые глаза метали молнии.
— Мой дед нанял тебя, чтобы ты возил меня к нему, и сейчас тебе самое время приступить к своим обязанностям.
Он поднялся и теперь, возвышаясь над ней, снова проигнорировал ее недовольство. Джин почувствовала, как гнев охватил ее. В этом человеке было что-то пугающее. Она ощутила это еще в их первую встречу в аэропорту. Он протянул ей рекомендательное письмо от ее деда и затем проводил к неприглядного вида джипу, который теперь стоял на другом конце поля. Ее так и подмывало тогда сказать, что она не поедет на такой колымаге, но лишь один взгляд на лицо этого человека остановил ее.
Что же было в нем такого, что заставило ее сдержаться? Она окинула его быстрым взглядом: ноги, обутые в старые ботинки, узкие бедра, широкая грудь под поношенной рубашкой, и почувствовала, как что-то сжалось у нее внутри. Он не был красивым мужчиной в полном смысле этого слова. Черты его лица казались грубоватыми. Она привыкла к другому типу мужчин. Однако ни один из них не заставлял ее так остро ощущать себя женщиной.
— Ваш дед нанял меня для того, чтобы я доставил ему груз с корабля, а вы, мисс Джордон, лишь добавление к этому грузу.
Она не поверила своим ушам. Понимает ли он, кто перед ним?
— Ты сильно ошибаешься, если считаешь, что со мной можно разговаривать в таком тоне. — Резким движением она откинула волосы назад и пристально посмотрела на него. — Ты представляешь, что с тобой будет, если я расскажу деду, как грубо ты со мной обращался? Для начала можешь забыть о том, что когда-нибудь еще будешь заниматься подобной работой. Никто никогда не наймет тебя для перевозок грузов после того, как мой дед Чарлз Джордон выставит тебя вон.
— Грубо? Я бы не назвал это грубостью, леди. Вы еще не знаете, каким грубым я могу быть. — Он посмотрел на нее, и их взгляды встретились. — Если честно, — продолжал он, — То мне бы очень хотелось, чтобы кто-нибудь поставил вас на место. Нельзя идти по головам других людей и повелевать ими только потому, что вы и ваша семья имеете столько денег, сколько не в состоянии потратить.
— Ты наглец!..
Он понял, когда она подняла руку, что Джин намеревается дать ему пощечину, но не увернулся и не отвел глаз от ее лица. И от этого взгляда ей вдруг стало стыдно. Она увидела, что след от пощечины становится ярко-красного цвета, и попыталась отвернуться, но он взял ее за подбородок и заставил смотреть на то, что она сделала.
— Это был первый и последний раз. Надеюсь, вам понятно?
Джин затаила дыхание, ей очень хотелось не отвечать, но, взглянув в его холодные глаза, поняла, что это будет еще одной ошибкой.
— Да!
— Вот и хорошо. Будем считать, что в наших отношениях наметился прогресс. Назовем это первым шагом к взаимопониманию.
В его словах слышался какой-то подтекст, но она не могла понять какой. Он отпустил ее, и она снова уселась на бревно. Каждый нерв ее тыла был напряжен. Какого черта дед нанял этого человека?! Неужели не мог выбрать на эту роль кого-нибудь из своих людей? Еще один странный поступок Чарлза Джордона за последнее время, помимо объявления о своей отставке и поездки в Бразилию, где он намеревался заняться добыванием аметистов.
Джин закрыла глаза. Все эти мысли роились у нее в голове, но она не могла объяснить, почему дед принял такое сумасшедшее решение. Конечно, этот человек прав. Ее семья действительно баснословно богата. Этот капитал нажил ее дед, занимаясь бизнесом в химической промышленности уже в течение полувека. И вот теперь, в возрасте семидесяти лет, он неожиданно все бросил и отправился в Южную Америку.