– Спасибо, не откажусь, – буркнул старый Лукас Кэлдуэлл, усаживаясь за стол. Наблюдая, как дочь хозяйничает у плиты, он возмущенно теребил длинный ус. – Я слышал, у тебя есть служанки, которые выполняют всю работу по дому. – В тоне старика явственно угадывалось осуждение. – Рад видеть, что ты еще не совсем позабыла, как управляться на кухне.
Люси стояла к отцу спиной и тщетно пыталась между делом хоть как-то привести растрепанные волосы в порядок.
– Они приходят только во второй половине дня. А как та женщина, которую ты взял в экономки? Она хорошо справляется со своими обязанностями?
– Да, она все содержит в чистоте, только вот готовит не так вкусно, как ты.
– Спасибо. – Люси улыбнулась в ответ на это запоздалое признание. Протянув руку за кофейником, она заметила маленькое красноватое пятнышко на сгибе локтя, оно слегка горело. Тут ее осенило, и она Пальцами дотронулась до шеи. Ну конечно, и там была такая же предательская отметина, да еще не одна. Мимолетное видение мелькнуло в ее голове: Хит наклоняется к ней, нежно целует, затем следует еще один поцелуй… Люси ощутила прилив возбуждения и густо покраснела. Если бы он не уехал так рано, наверное, прошептал бы ей на ушко что-нибудь забавное по поводу прошедшей ночи.
– Тебе должно быть стыдно, что ты решила покинуть Конкорд. – Старый Лукас напрямую начал разговор. – Хит зашел ко мне вчера вечером и сообщил об этом. Впрочем, для тебя такой выход, может быть, и лучше, сможешь начать все сначала.
– Да, возможно. Я не надеюсь, что здесь скоро забудут мой позор. Ведь конкордцы – народ злопамятный, не так ли, отец? – Люси повернулась к нему, и недобрая усмешка мелькнула на ее лице. – Знаешь, отец, представляю, как лет эдак через пятьдесят я иду по Мейн-стрит, и какой-нибудь прохожий старикашка вдруг прошамкает: «Ба, да это же та самая Люси Рэйн, которая в шестьдесят восьмом разводила шашни с южанином, ну помните…» К тому времени я уже буду слишком стара, чтобы иметь скандальную репутацию.
– Люси, должен заметить, что тема для шуток не вполне подходящая.
– Хит все время говорит, что мне следует учиться смеяться над собой.
– Тебя воспитывали, между прочим, чтобы ты стала серьезной и разумной.
– Главная мысль, которую я вынесла из всего воспитания, – хорошая жена должна ублажать своего мужа. – Направляясь к горке, чтобы взять два кофейных прибора, Люси решила, что идея покинуть Конкорд не столь и дурна, как казалась ей на первый взгляд. Неужели Хит прав и в этом? Всю жизнь прожить в одном и том же городе? Теперь эта мысль казалась ей малопривлекательной.
– Люси, – густые брови Лукаса Кэлдуэлла сомкнулись на переносице, – я делал все, чтобы воспитать свою дочь должным образом, но если южанин хочет увезти тебя из родного города…
– Он прекрасно относится ко мне, – перебивая отца, поспешила заверить Люси. Она даже сама поразилась, с какой прыткостью бросилась защищать своего мужа, – честное слово. И хотя переезд в Бостон слегка пугает меня, но я еду с мужем, и этим все сказано. Я последую за ним, куда бы он ни отправился, хоть на Северный полюс. – Люси верила в то, что говорила.
Лукас вздохнул и, покачав седой головой, посмотрел на нее.
– Мне трудно поверить в то, что ты уезжаешь. Я всегда думал, что ты останешься в Конкорде. – Нотки укоризны и обиды послышались в его голосе, когда он добавил:
– Я всегда думал, что ты и Даниэль…
– Я тоже так думала, – резко перебила его Люси и трясущимися от волнения руками начала разливать кофе. Осуждение в устах отца всегда расстраивало ее до глубины души. В измене Даниэлю он видел измену самому себе, он чувствовал, как дочь отдаляется от него, противопоставляет себя всему тому, что он старался вложить в нее. Даниэль… Он вряд ли сможет забыть, с какой легкостью она запятнала репутацию семьи Кэлдуэллов, которую он создавал всю свою жизнь. Неужели он навсегда встал между ней и отцом?
– Но что случилось, то случилось. Может, все это и к лучшему. – Люси постаралась смягчить тон.
– К лучшему? Вместо того чтобы выйти замуж за Даниэля и жить в Конкорде, лучше стать женой южанина?
– Стоит ли говорить об этом? Что толку сейчас нападать на Хита? Разве тебя волновало его происхождение, его прошлое, когда ты стремился сбыть меня с рук?
– Я… я запрещаю тебе дерзить отцу! – Старик был ошеломлен нежданной дерзостью. – Замужем ты или нет, я не стану терпеть подобные выходки!
– Прости, я виновата. – В глазах Люси, однако, не промелькнуло и тени вины, когда она посмотрела на отца. – Но я тоже не намерена выслушивать ничего дурного о своем муже.
– Я ничего не сказал против Хита.
– Но разве ты не дал понять, что он для тебя стоит на ступень ниже Даниэля? А это не правда. Честно говоря, я бы не дала сейчас и двух центов за то, чтобы оказаться на месте Салли. Быть супругой Даниэля и снохой Абигаль… Да они превратили бы меня в ничтожество! Даниэль никогда не понимал меня, да и не стремился понять.
