Подтверждая его утверждение, пресмыкающееся ринулось на настоящего Узумаки, попутно развеяв пару клонов. Наруто принял таранный удар змеи на всё тот же простенький, но позволяющий смягчить атаку багровый барьер, а тем временем его клоны мгновенно собрались вокруг туловища гада, сразу за головой, и совместно активировали барьер помощнее. Не знаю, чья челюсть — моя, Сакуры, или языкастого отвисла ниже. Только Узумаки мог соорудить аналог гильотины из нескольких клонов и барьера! Обезглавленное туловище рухнуло вниз, едва не сломав нашу ветку.
Уже не улыбаясь, противник призвал следующую змею. Да сколько их у него?
Новое пресмыкающееся было хитрее — или осторожнее. Её атаки не были так прямолинейны, но ещё более эффективны. Тварь обкрутилась задней частью вокруг ветки, а передней наносила быстрые удары. Клоны развеялись, последние два кинулись ловить-спасать Сакуру, которую тварь сбросила с ветки небрежным движением хвоста. Сам же Наруто принял фронтальный удар, но боковой (не видел бы сам, не поверил бы — змея ударила хлестнула само собой, как хлыст! Может, ею всё же языкастый как-то управляет?) просто вмял Узумаки в ствол дерева. Барьер погас.
Я сам не понял, когда метнул последний кунай. И огонь. Мне никогда ещё не удавалось произвести такие мощные огненные шары, и с таким крошечным промежутком времени. В змею, в языкастого, опять в змею! И плевать, что противник в очередной раз увернулся, а змея лишь злобно шипела, получая ожоги. При её размерах и чешуе, огненные шары были не опаснее, чем искры для человека.
Сейчас мне было наплевать, насколько эффективны мои действия — главное, дать шанс на выживание своему… товарищу? Нет, другу! Настоящему, верному другу, которого в предыдущем мире у меня не было, да и быть не могло.
Злобно шипящая гадина развернулась, и уставилась на меня. Страха не было, лишь некоторое огорчение. Сейчас всё закончится, донельзя глупо и бессмысленно. Меня хватит ещё на один огненный шар, и даже если мне удастся влепить его прямо между глаз, ослепив ползучую тварь, останется ещё её хозяин. А у меня даже оружия нет…
К моему потрясению змея, немного пошипев на меня, вновь развернулась к Наруто. Да что же это такое? Тварь настолько меня презирает, или… Уже повреждённый мордой змеи и телом Наруто ствол дерева просто взорвался щепками. С глухим рычанием Узумаки прыгнул прямо на тварь, и принялся её лупить голыми руками. И почти неуязвимое чудовище ничего не могло поделать! Теперь Наруто вминал чешуйчатого недруга в дерево, и щепки разлетались веером.
Вокруг Наруто пылал и раскручивался оранжевый ореол. Чакра биджу! Не знаю, падение ли Сакуры послужило причиной, или собственная злость и боль, но сейчас джинджурики способен был уничтожить голыми руками и врага посерьёзнее, чем червяк-переросток!
— Значит, это девятихвостый мальчишка… — Языкастый, стоял в отдалении, с любопытством наблюдая за истязанием своего питомца, и спокойно рассуждал. — Я думал, он давно умер. Похоже, я недооценил Минато… Или причина в его геноме?
Опомнившись, я в два прыжка добрался до нужного места, и выдрал из коры оба брошенных Наруто куная. Бой продолжается, и я должен хотя бы отвлечь призывателя змей. Кстати, я ведь так и не испробован на нём свои возможности!
К моему огорчению, и Гендзюцу не произвело никакого впечатления на языкастого урода. Да откуда он взялся такой, непрошибаемый!?
— Неплохо-неплохо. Но тебе ещё очень далеко до Итачи. Твоему братцу давно не нужно опираться на чувства противника, он воздействует напрямую… А вот тебе не повезло, мои органы чувств немного… отличаются от обычных. Но всё же, в таком возрасте — Шаринган второй ступени, Огонь на хорошем уровне, и Гендзюцу на уровне специалиста… я ещё больше хочу твоё тело!
Нет! Это хуже смерти! Я думал, это просто убийца, а это извращенец! Огонь, Огонь, неистовый Огонь! Мерзавец всё равно увернулся, гнусно ухмыляясь. Так, кунай бросил, второй на крайний случай, ну что ещё… минутку, вот! Я и сам забыл про эту штуку!
Остатки чакры я вложил во флейту Биджу, полоснув раскалённым лучом слева-направо и тут же отшвырнул опасное оружие, успев лишь за пару секунд до взрыва. С горьким стоном обрушились лесные великаны, земля вздрогнула от ударов. А проклятый языкастый извращенец отделался лишь глубоким разрезом на боку. До чего же прыткая тварь! Остаётся надеяться, что ему хватит…
К сожалению, враг в очередной раз обманул надежды. Он вдруг забился в судорогах, распахнул рот так, как не дано нормальному человеку — а в следующий момент из этого рта, как ни в чём ни бывало, выбрался всё тот же липовый травник. Прямо в одежде, и даже с протектором на лбу. Предыдущее тело, смятое и уродливое, осталось лежать, как небрежно сброшенная одежда. Или, если предположить, что этот трюк он подхватил от своих любимых змей, как сброшенная кожа.
Справа обрушилась вниз измолоченная до состояния тряпки змея, и Узумаки на миг замер, обжигая нас взором кроваво-красных глаз с вертикальным зрачком. На миг душа ушла в пятки. Похоже, в таком состоянии он себя не контролирует!
