Качинос бывают разные: явно человеческие существа в масках зверей и птиц, «глиняные головы» — существа с телом человека, но с круглым шаром вместо головы, и «клоуны» — изображения голых раскрашенных людей. Есть среди качинос так называемые «убийцы миссионеров»: тут лица самих убивших испанских миссионеров людей из клана орла скрыты масками, в то время как миссионеры изображены абсолютно реалистически, даже с тонзурами. Впрочем, никогда нельзя сказать с уверенностью «люди из клана орла» или «духи-покровители клана орла»: в тот момент, когда индейцы-хопи надевают маску и костюм качинос, они сами становятся ими.
Миссионеров действительно убили в XVII веке — это отражено не только в преданиях хопи, но и в записях испанской администрации. А то, что эта сценка разыгрывается поныне, показывает, что в малопонятных для белых куклах-качинос своеобразно записана и история «мирного, доброго народа» — так переводится самоназвание хопи.
В эпоху, когда карта мира являла собою лист бумаги, лишь постепенно заполнявшийся надписями и чертежами, первооткрыватель волен был давать обнаруженному им острову, реке, горе, морю, да и материку любое название. И вписанное скрипучим гусиным пером название это позволяет нам через века узнать имена и тех, кто покровительствовал экспедиции и снарядил ее, и тех, кто в экспедиции участвовал, а также представить себе душевное состояние людей, увидевших после долгого плавания землю, их восторг или разочарование. Хранят для нас названия и уверенность в правоте, и слепую веру, и заблуждения, и ошибки.
Два названия, о которых пойдет речь ниже, были даны по ошибке. Обе ошибки принадлежат Магеллану. Первое название — Патагония, что переводится как Страна Большеногих, второе — Тьерра-де-лос-Фуэгос — Огненная Земля.
Ни Магеллану, ни его матросам не довелось встретить людей на патагонском берегу, но на прибрежном песке ясно были видны отпечатки ног — гигантских, однако явно человеческих.
Предположить, что в новооткрытой стране живут люди с гигантскими ногами, было для испанских моряков вполне естественным. Ведь в то время всерьез относились к рассказам об одноглазых великанах-людоедах и людях с песьими головами. И откуда было знать храброму капитану и его спутникам, что следы эти оставили индейцы племени техуэльчи, обутые в громоздкие мокасины из звериных шкур? Так появилось на карте название Патагония.
А Огненная Земля? Корабли Магеллана шли проливом, названным впоследствии его именем, сквозь густой туман. Дело в том, что густой молочный туман стоит здесь чуть ли не триста шестьдесят пять дней в году и столько же ночей. На еле различимом в тумане берегу светилось множество огней. И на воде тоже видны были огни. То были не вулканы, как думал Магеллан, то горели костры: на суше — индейцев племени она, на воде — в лодках — племени морских кочевников алакалуфов. Неизвестный остров назвали Огненной Землей.
Вместе Патагонию и Огненную Землю называют еще Краем света. Такого имени не найти ни в одной даже самой подробной географической номенклатуре, но когда в Аргентине и Чили говорят о Крае света, то имеют в виду самую южную — к югу от сороковой параллели — часть Американского континента. Трудно представить себе место, менее приспособленное для человеческого житья.
Без устали дующий ветер: сухой — над пампой, с дождем — вдоль Анд. Ураган над морем, ураган над землей. Редкие деревья, сохранившиеся в пампе, распластаны, как придавленное ползучее пламя. Они изогнуты, они растрепаны, как дым. Ржавая проволока на покосившихся столбах отмечает границы поместий — эстансий. Бесчисленные стада овец бродят по пампе, и кажется, что для них только и создана эта унылая земля на Краю света.
…Для тех, кто жил здесь задолго до того, как корабли Магеллана отправились в путь, эта земля не была краем света. Она была просто их землей.
Солдаты залегли у входа в пещеру, скрываясь за камнями и кустарником, потом дали залп. Ответных выстрелов не последовало. Тогда лейтенант, сопровождаемый капралом, отважился войти в пещеру.
У костра сидели шесть человек: пятеро индейцев, шестой — белый. Это был высокий человек с изможденным лицом, длинной бородой и спутанными волосами. При виде лейтенанта он даже не поднял головы.
— Именем Республики Чили, — произнес лейтенант, — вы, Антуан де Тунэн, арестованы. Сдайте оружие.
Бородатый не шевельнулся. Лица индейцев оставались невозмутимыми.
— Вы слышите меня, Антуан де Тунэн? Вы арестованы, — повторил лейтенант.
Антуан де Тунэн не поднялся.
— Я Орели Первый, король Араукании и Патагонии, — произнес он тихо, — и требую, чтобы…
Его ударили прикладом. Потом заломили руки и набросили на шею веревку. Вывели из пещеры, посадили на коня, захлестнув петлей ноги под конским брюхом.
