Королевский двор эпохи старого порядка ставит не меньше проблем перед социологом, чем любое из многих других социальных образований, которые — как, например, феодальное общество или крупный город — уже удостоились обстоятельного социологического исследования. В фигурации «двора» сотни, а часто многие тысячи людей были собраны в одном месте, чтобы услуживать, давать советы и составлять общество королям, которые были уверены, что неограниченно правят своей страной, и от воли которых в определенной мере и степени зависела судьба всех этих людей, их ранг, их содержание, их восхождение и падение. Люди двора были связаны между собой своеобразными формами принуждения, которое они и посторонние оказывали друг на друга и одновременно сами на себя. Их связывала между собой более или менее строгая иерархия и четкий этикет. Необходимость утвердиться и реализовать себя среди такой фигурации налагала на всех своеобразный отпечаток — печать человека двора. Какова была структура социального поля, в центре которого могла сформироваться подобная фигурация? Какое распределение власти, какие общественно воспитанные потребности, какие отношения зависимости приводили к тому, что люди в этом социальном поле на протяжении многих поколений снова и снова оказывались вместе в этой фигурации — а именно как двор, как придворное общество? Какие требования предъявляла структура придворного общества к тем, кто хотел бы выдвинуться или хотя бы просто утвердиться в нем? Так выглядят в общих чертах некоторые вопросы, которые ставит такое социальное образование, как «двор» и «придворное общество» эпохи ancien régime, перед социологом.
Ведь не просто свободная воля придворных людей собрала и удерживала их при дворе и вслед за отцами и матерями объединяла таким образом их сыновей и дочерей. И не гениальная идея одного-единственного человека — скажем, короля — придала этому человеческому коллективу такую форму. Почти во всех европейских странах, начиная с эпохи Возрождения, значение двора нарастало все более заметно, и если даже для
В пределах каждого социального поля есть репрезентативные и менее репрезентативные, центральные и не столь центральные органы. Город, к примеру, — прежде всего крупный город — это один из самых репрезентативных органов нашего собственного общества. В нашем социальном поле он представляет собою как бы кузницу, обслуживающую самую большую округу; под его воздействие и влияние не могут не подпасть, несмотря на все их сопротивление, даже обитатели сельских районов. Определяющие, образцовые и влиятельнейшие человеческие типы нашего общества либо происходят из города, либо, по меньшей мере, прошли перековку в городской кузнице. В этом смысле городские люди репрезентативны для нашего общества. «Королевский двор» как особый орган в городе еще имеет в Западной Европе — там, где он еще существует, то есть прежде всего в Англии, — несомненно, некоторое значение, поскольку он видоизменяет облик города; но едва ли он на сегодняшний день может считаться репрезентативным, как сам город, для социального поля современного западного мира.
