Вчера она закрутилась и не поговорила с рахо, как хотела. Разговор предстоял обстоятельный, а день подошел к концу, поэтому Ира решила перенести встречу на утро, о чем и сообщила Роберу, на попечение которых передали темнокожих. Сегодня могла состояться встреча с Брежневым, но, учитывая разницу во времени, она вряд ли будет назначена на время раньше обеда, поэтому все самое неотложное решено было проделать сразу же после завтрака. Первыми Ира, как и собиралась, вызвала к себе всех взятых у Урная рахо. Сначала девушка вызвала тех, кто заинтересовал ее меньше всего. Это были двенадцать мелких чиновников, по долгу службы выезжавших в несколько соседних городов. Люди они были неглупые и оборотистые, если на таких невысоких постах смогли позволить себе покупку амулетов. Поэтому они сразу поняли всю выгоду службы у королевы кайнов, а перенесенные невзгоды напрочь отбили у них все мысли о превосходстве своей расы над прочими. Решив, что после работ по очистке городов отправит их в канцелярию в помощь работникам канцлера, Ира отправила всех в приемную и велела войти девушке.
– Поднимись! – сказала она вбежавшей и рухнувшей перед ней на ковер рахо. – Садись на этот стул и назови свое имя. Кто ты вообще такая? Я вчера в спешке толком не разобралась.
– Меня зовут Рада деш Кардек деш Сани.
– Подожди, но деш Кардек это же ваш вождь.
– У вождя была большая семья, я дочь его младшего брата. Мать не любила носить амулет, считая что в доме находится в безопасности. Мы ведь жили далеко от моря и мест сражений. Она умерла, а мы с отцом бежали. В степи нас захватили кочевники. Отец пытался уберечь меня от насилия, и его сразу убили.
– И что же мне с тобой делать, Рада? Чего ты сама хочешь?
– Я не знаю, госпожа. Все, что вы захотите, но не отдавайте меня этим кочевникам, лучше убейте!
«Видимо ей нелегко пришлось в плену», – подумала Ира.
– У меня нет личной служанки, – сказала она девушке. – Если ты согласна ею стать, скажи, что никогда не причинишь мне вреда.
Рада торопливо закивала головой и произнесла нужное, а Ира закрепила ее клятву заклинанием и отправила к Мару.
– Это мой секретарь, – сказала она девушке. – Он определит для тебя комнату и передаст управляющему. Тебе нужно будет пошить другое платье и не одно. Потом походишь по дворцу с теми слугами, которые помогали мне раньше, и они тебе все расскажут и покажут. Будешь в приемной, скажи Мару, чтобы вошел один из трех оставшихся для беседы.
Вошедшему рахо было лет шестьдесят, но на вид мужчина выглядел крепким. Видимо, этим и объяснялось то, что лучи взяли его в плен, а не убили на месте. Обычно они пожилых пленников не брали. Он сохранил достоинство, в отличие от многих своих соотечественников, чем сразу привлек внимание Ирины в лагере Урная. Войдя, он низко поклонился и стал ждать ее слов.
– Кто ты, и чем занимался? – спросила она. – Вчера вас было слишком много, да и неудобно говорить мысленно на сложные темы, не зная языка. Часть сказанного теряет свой смысл.
– Я Хош деш Сади. У нашего вождя я занимался поставками продовольствия для армии. Вас, госпожа, интересовали наши города? Я их посетил все. Их не так уж и много. Кроме пяти приморских городов, которые разрушил «Гнев моря», есть еще тридцать два города. Они двумя полосами тянутся вдоль побережья, одни ближе к нему, а вторые дальше. Столица была среди тех, которые расположены дальше от моря. Потом на много дней пути будут лишь деревни. Конечно, их ставили только в местах с хорошей почвой, и если есть вода. К западу простирается небольшая пустыня с чахлой растительностью, а после нее будут деревни рабов. Это все о нашей земле, если кратко.
– Уже не вашей, Хош! – сказала Ира, и рахо покорно наклонил голову. – Когда-то ваши предки выгнали моих из тех мест. Теперь мы, пусть и с чужой помощью, вернули свое.
– Извините, госпожа, – осторожно спросил рахо. – Я могу сказать?
– У нас с тобой не допрос, а разговор. Если есть что сказать, говори.
– Хорошо ли вы взвесили риск, занимая побережье? Мы знали империю задолго до того, как покинули свои острова. Мы с ними долго торговали, пока они не решили, что отдавать продовольствие каким-то островитянам за рабынь – это слишком и проще прийти и все забрать даром.
– Подожди! – потерла лоб Ира. – Я что-то не поняла. О каких рабынях ты говорил?
– У нас всегда рождалось много девочек. Лишние рты – это большая обуза, а повзрослев, они тоже будут рожать. Земли на островах бедные, поэтому нас кормил океан. Но нужна и растительная пища, всю жизнь сидеть на одной рыбе... Поэтому много девочек продавали в империю за их зерно и вяленые фрукты. У нас тоже были фруктовые рощи, но на всех...
– Довольно, я поняла. Мерзкий обычай.
– Любой обычай вызывается условиями жизни народа, – пожал плечами Хош. – Я к чему завел этот разговор? Империя от своего никогда не отступается, а побережье они считают своим. Оно им очень дорого досталось. Благодаря нам, они потеряли два больших флота.
