Когда ему исполнилось шестнадцать, Клайв ушел из родительского дома. Он уже больше года жил один, и его это вполне устраивало: все заработанные деньги он мог тратить исключительно на себя. Его семья влачила бедное существование, но парень даже не думал о том, чтобы помочь родителям прокормить троих младших сестренок. Он ощущал себя птицей, свободной и независимой, пусть и забывшей свое гнездо. Клайва бесило «беднячье», он все мечтал, что накопит денег и станет настоящим богачом! Хотя копить этот человек явно не умел.
Оказавшись на корабле, парень увидел мужчину в дорогой одежде. Он не был похож на тех, кто приплывал на остров чаще всего. Незнакомец стоял у высокого фальшборта, слегка наклонившись вперед и опустив руки на ограждение. Он внимательно всматривался в небо. Окружающая суета, похоже, совсем не беспокоила его.
Такими бывали те, кто приезжали на остров не ради торговли и прибыли. Их интересовали знания или впечатления. Материк находился недалеко, но люди острова, в основном, не стремились побывать там. Их все устраивало здесь, а любопытство вполне удовлетворяли рассказы путешественников. Чужаками же владел интерес к местам, где они никогда не бывали, вот они и приплывали на остров. Узнав все, что нужно, или заскучав, чужеземцы уплывали за горизонт, до которого простиралась водная гладь, и никогда не возвращались.
Закончив работу, Клайв отправился в таверну – небольшое двухэтажное деревянное строение. Окна выходили на восток и ежедневно встречали солнце, когда оно выныривало из воды. На втором этаже располагались комнаты, которые сдавались путешественникам. Первый же этаж, на который стекались люди и новости, был пропитан шумом и запахами еды. Клайв зачастую питался здесь, считая приготовление пищи абсолютно женским и неподходящим для себя занятием.
Заказав ужин, он уселся за один из массивных деревянных столов в ожидании, когда принесут заказ. Здесь всегда был довольно большой выбор блюд, хотя еда и не обладала вкусовыми качествами домашней. Однако Клайв, когда перепадал хороший заработок, обычно отдавал предпочтение самым шикарным блюдам и заказывал дорогие напитки. Клайв погружался в атмосферу кратковременной роскоши и был вполне доволен. Каждый раз, насытившись, он клал ноги на соседний стул и чувствовал себя хозяином этого мира. Ощущение ему нравилось, и он стремился к нему, не видя в жизни других смыслов.
Дверь в таверну отворилась, и внутрь вошел тот самый чужак, на которого Клайв обратил внимание на корабле. Он подошел к стойке, за которой сосредоточенно напивались двое моряков. Чужак заговорил о чем-то с хозяином заведения, стоящим за стойкой. За шумом нельзя было различить даже обрывков слов. Человек за стойкой пару раз кивнул в сторону Клайва, сидящего за столом. Чужак после недолгого разговора отошел от стойки и двинулся в указанном направлении. Подойдя к Клайву, мужчина резко уверенным движением руки сбросил его скрещенные ноги со стула. Вспыхнувшее удивление ошеломленно замерло на лице юнца.
Опустившись на освобожденный стул, чужак заговорил.
– Говорят, ты не против подзаработать? Мне тебя рекомендовали, – он заметил тень непонимания во взгляде парня в ответ на сложное словечко. – То есть посоветовали. Сказали, что ты берешься практически за любую работу.
Глава 7
Язык, на котором говорили на Птичьих островах, по слухам произошел от языка чужаков, поэтому их речь на острове понимали. Однако некоторые слова были незнакомы островитянам. Впрочем, какие-то из них местные жители подхватывали у путешественников и добавляли в свой лексикон.
Клайв молчал, склонив голову набок. Несмотря на внешнее безразличие, он вслушивался в слова чужака довольно внимательно. Деньги ему и правда были нужны. Клайву не нравилось жить бедно и в чем-то себя ограничивать. Тяжелой работой он не брезговал и хватался за любой заработок. Клайв одержимо стремился снова испытать кратковременное наслаждение, которое охватывало его, когда он сорил деньгами.
– Дело в том, что за эту работу возьмется не каждый, – замявшись, сказал чужак. – Но… я надеюсь… нынешнее поколение более разумно и меньше верит во все эти сказки.
Мужчина прищурился, всматриваясь в глаза Клайва. Взгляд у чужака был цепкий, неприятный. Глаза цвета облачного дня, светлые, пронзительные, а выражение какое-то хищное.
– Чужак, не ходи вокруг да около! О каких сказках ты говоришь? Меня больше интересуют реальные деньги. Хотя… если ты предложишь сказочный заработок… – со смешком развязно произнес Клайв.
– Поверь, сумма, которую я заплачу, действительно покажется тебе сказочной, – усмехнулся чужак.
Он чувствовал слабые места людей. И жажда наживы этого парня сразу бросилась в глаза… Загорелому под палящими лучами солнца, с просоленной морским ветром кожей, Клайву было тесно среди бедности, которая окружала его с детства. И потому он так отчаянно стремился погрузиться в недальновидную минутную роскошь.
Как и ожидал чужак, Клайв заинтересовался.
– Ну… и что же нужно сделать?
