– Давай. Потом на обратном пути шест подберем, – соглашается Даша.
Девчонки начинают грести руками с двух сторон. Ветер подгоняет их сзади, и довольно быстро они приплывают к камышовому островку. Яна вытаскивает мяч из зарослей. И девочки поворачивают обратно.
Мама уже стоит на мостках и отжимает мокрые волосы.
– Плывите сюда, – кричит она девчонкам.
В это время к берегу пруда на велосипедах подъезжает целая компания мальчишек с удочками. Они располагаются на берегу прямо напротив того места, где качаются на плоту Даша и Яна.
– О, этих тут еще не хватало, – недовольно ворчит Янка, – поплыли быстрей отсюда.
Девчонки садятся с двух сторон плота и гребут руками. Но против ветра плот почему-то плохо двигается. Через пять минут неустанной гребли камыши отодвигаются назад едва ли на полтора метра.
– Даша, я устала, – говорит Яна.
– Ну, давай, отдохнем немного.
Как только они перестают грести, плот возвращается на прежнее место – к камышовому островку.
– Да что такое-то?! – сердится Янка. – Давай сильней грести.
И они начинают отчаянно молотить руками по воде. А ветер словно бы соперничает с сестрами: чем сильней они гребут, тем сильнее он дует. Волны не дают плоту сдвинуться ни на метр.
Мальчишек на берегу это забавляет:
– Девки, плохо гребете! Ногами еще давайте!
– Молчите лучше! – грозно кричит им Янка.
– Яна, а давай, правда, ногами попробуем, – предлагает Даша.
Девочки хотят сесть на задний край плота и болтать ногами, но только они ступают на край, как плот накреняется и вода заливает его. Под водой виднеются цепкие водоросли, в изобилии растущие у островка.
– Я боюсь, – голос у Янки начинает дрожать, – вдруг там лягуши.
Липкий страх подступает и к Дашиному сердцу. Вдвоем на хлипком плоту. Посередине пруда. Без шеста. Все усилия тщетны…
– Мама, спаси нас!
Но маме, уже обсохшей и одетой, не очень-то хочется снова залезать в воду и, тем более, плыть в те заросли.
– Гребите сильнее, – кричит она.
И Даша с Яной опять отчаянно гребут. Все безрезультатно! Даша начинает громко реветь. Яне тоже хочется, но она пока сдерживается. Нет, если бы не водоросли, то они с Дашей давно бы уже спрыгнули и приплыли к берегу. Но спуститься сюда просто ужасно. В водорослях подрастают личинки стрекоз, плавают страшные водяные жуки со щипцами позади туловища, пиявки…
– Тетя Маша, помоги нам! – кричит Яна. Стыдно, конечно, парней, но что поделать… Не погибать же тут, на самом деле.
– И зачем только я этот мячик взяла!? – сквозь слезы говорит Даша. – Ну мама!!! Помоги!
Как же не хочется маме снова залезать в воду… К ее счастью, на тропке между прибрежных кустов появляется дядя Андрей. Это он соорудил плотину года три назад и запустил в пруд рыбу.
– Что тут за шум? – Дядька с одного взгляда оценивает ситуацию: две рыдающих красотки на плоту, подплывающий к другому берегу шест, встречный ветер – всё ясно.
– Вас спасать?
– Да!!!
Дядя Андрей раздевается и заходит в воду.
– Никогда больше не буду на плоту плавать! – стоя на твердой земле, плача и смеясь, говорит Янка.
– Я тоже, – вторит ей Даша. Она берет под мышку злополучный мяч и …Янка, дурачась, выбивает его из-под руки. Ветер снова забрасывает мяч в воду и быстро гонит на противоположный берег, прямо к цапле, равнодушно наблюдающей за происходящим…
Тот день был выходным. Нет, для сестер Колокольцевых, конечно, все девяносто два дня лета были выходными. Но не все же люди такие счастливые. Катю Лебёдкину, например, мама смогла привезти только к середине июня, а до этого бедная девочка целыми днями сидела одна в городской квартире, пока родители были на работе. Ей так уже хотелось в Плишкари к бабушке Лене, к Колокольцевым, но никто ее не вёз. И вот, наконец, мечта сбылась: Катя в деревне! Шагает с бабушкой в гости к своим двоюродным сестрам: Даше, Насте и Соне. Катя старается вести себя спокойно, но радость временами прорывается то в подпрыгивании, то в напевании песни «О боже, какой мужчина!», то в ловле бабочек на лету. Ей бы хотелось помчаться бегом, но бабушка не разрешает.
Бабушка очень заботится о Катиной безопасности: «Катя, не бегай, а то упадешь и расшибешься!», «Катя не смейся с конфетой во рту, а то подавишься!», «Катя, не ходи без кепки, а то нос облупится!» и так далее. Хотя однажды Катя все-таки проявила самостоятельность и залезла на ворота у Колокольцевых, правда, грохнулась оттуда, больно ударившись о перекладину мягким местом. Зато теперь чуть пониже спины у нее есть шрам, который можно показывать подружкам и гордиться при этом.
На кухне у Колокольцевых стоит дым коромыслом. По случаю праздника – Дня России – мама с дочками лепят кулики. Даша и Настя делают это почти профессионально, ровные круглые шанежки с красиво защипанными краями быстро наполняют противни. Соня тоже вовсю помогает: подсыпает муку на доску, где разделывают тесто, смазывает вынутые из духовки кулички растопленным маслом, обмакивая широкую кисть в маленький горшочек. Когда в кухню входят бабушка Лена и Катя, Соня громко кричит:
– Смотрите, смотрите, я сама мазаю!
– А тебя кто измазал в муке? – спрашивает Катя.
