— «Все мы временами сходим с ума!» — пропела Эми, угадав мысли сестры, и уже серьезно спросила. — Хочешь поехать поговорить с ней?
— Да. Ведь эта женщина пыталась меня убить.
На следующий день Фин, увидев подходящего к книжному магазину Уэса, вышел на ступеньки встретить его.
— Хорошо, что приехал! Ты единственный в городе, кто не врывается ко мне с упреками, не возмущается моим безнравственным поведением и не заявляет злорадно: «Больше мы за вас никогда голосовать не будем!» Уэс, если бы ты только знал, до чего они мне все надоели! — Фин выразительно провел ладонью по горлу.
— И много народу у тебя перебывало? — спросил начальник полиции, усаживаясь в кресло.
— Половина города! И хоть бы кто-нибудь купил книги!
— Ладно, не расстраивайся, до выборов еще есть время. За шесть недель страсти улягутся, и горожане обо всем забудут. А как Софи?
— Тоже злится. Во всем случившемся винит меня одного. — Фин передернул плечами. — Ну и пусть, мне это безразлично. Скажу тебе больше: я даже рад, что между нами все кончено. Только представь: всю оставшуюся жизнь слушать ее болтовню и песни Дасти Спрингфилда!
— По-моему, вы занимались не только болтовней, — заметил Уэс.
— Какая теперь разница?
— И Софи, насколько я помню, обыграла тебя в бильярд.
— Хватит о ней говорить! — раздраженно бросил мэр. — Ты лучше ответь: Эми уезжает в Лос-Анджелес, а ты?
— Я? — усмехнулся начальник полиции. — Мне надо продолжить расследование преступления, а вот что касается тебя, Фин, то я посоветовал бы тебе не принимать сгоряча необдуманных решений и не рвать отношения с Софи.
— С меня довольно! Мне надоели выходки Софи, капризы, ее злобный братец-аферист, бесцеремонно вмешивающийся в наши отношения. Все, хватит!
— Между прочим, Дэви улетел вчера вечером на Багамы.
— Что? — От изумления Фин даже вскочил с кресла, едва его не опрокинув. — Как улетел?
— Как все люди: самолетом. И кстати, Клиа тоже.
— И ты позволил этим проходимцам покинуть город?
— А что я мог сделать? Никаких улик против них нет, и удерживать эту парочку, следовательно, я не имею права. Хотя, конечно, они причастны к случившемуся. А возможно, они и есть преступники, пока точно не знаю. И вообще сейчас моя голова забита столькими проблемами… — Уэс поднялся с кресла, спустился вниз и остановился.
— Твоя голова забита Эми, — сказал Фин.
— И Эми тоже, — спокойно отозвался полицейский. — Да, чуть не забыл: пришли результаты баллистической экспертизы. Пуля, ранившая Зейна Блэка, была выпущена не из пистолета твоего отца.
— Ну наконец-то! — облегченно вздохнул Фин. — Хоть что-то в мою пользу. — Но тотчас нахмурился: — Неужели моя мать настолько глупа, что, подбрасывая пистолет в кровать Софи, не подумала о будущей экспертизе, которая все выяснит и укажет на нее?
— Я уверен: пистолет, из которого стреляли в Зейна, давно лежит на дне реки, — ответил Уэс. — Складывается впечатление, что стрелявший не готовился к убийству. Все получилось спонтанно: выстрелил и сразу бросил оружие в реку. Сомневаюсь, что мы когда-нибудь сумеем отыскать его там. А что касается пистолета, подброшенного в кровать Софи… Вряд ли это сделал тот, кто стрелял в Зейна. Бросать одно оружие в реку, затем искать другое… Нет, Фин, просто кто-то удачно использовал трагедию с Зейном в своих корыстных целях! Софи захотели вывести из игры, опорочить, свалить на нее вину за смерть Блэка. И тот, кто это совершил, разумеется, не думал о баллистической экспертизе. Ему это было безразлично.
— Или ей, — тихо заметил Фин.
— Или ей, — согласился Уэс. — В нашем городе хватает придурков: как мужчин, так и женщин. Кстати, — вдруг оживился он, — ты уже видел нашу в очередной раз обновленную водонапорную башню?
— Нет.
— Так посмотри!
Фин выбежал на улицу, задрал голову и взглянул на холм. На его губах появилась улыбка, и он, не отрывая взгляда от возвышающейся над деревьями городской достопримечательности, одобрительно произнес:
— Недурно, весьма недурно!
Обильные дожди смыли наконец ошметки дешевой краски, а рабочие из «Корис» на сей раз потрудились на совесть, как и обещали мэру. Теперь водонапорная башня сверкала на солнце нежным телесным цветом розоватого оттенка, а верхняя ее часть была кокетливо окаймлена ярко-красной полосой.
— Неплохо, — улыбнулся Уэс. — Мягкие, не раздражающие глаз цвета, хорошо контрастирующие с красной вершиной. Милое, я бы даже сказал, уютное сооружение.
— Но Стивен снова начнет возмущаться. Ему ничем не угодишь!
— Не обращай внимания! — посоветовал начальник полиции и, направляясь к патрульной машине, добавил: — Ладно, я поехал, меня ждут дела. Да и у тебя ведь тоже скоро начнется заседание городского совета. Увидимся позднее.
