— Впереди тебя ждет еще очень много счастливых часов, — пообещала Софи. — Успеешь и побегать и поиграть.
Усталый и раздраженный Лео Кингсли приехал на ферму Уиппл в понедельник и сразу же начал жаловаться Рейчел, что ему едва удалось добраться до Темптэйшена, поскольку на улицах большое движение и всюду транспортные пробки.
— Такое впечатление, что в День труда, всем надо непременно куда-то мчаться. Невозможно проехать!
Рейчел с улыбкой смотрела в мрачное, усталое лицо Лео, слушала его ворчание и думала о том, как все-таки замечательно, что он вернулся. Она скучала без Лео, дни казались пустыми, а жизнь — никчемной и лишенной смысла. Но теперь он вернулся, Рейчел продолжит осуществление своего плана и непременно уговорит продюсера взять ее с собой в Лос-Анджелес. Да, и вот еще что… Надо обязательно рассказать ему об инциденте с «Мейсом». Взрослый умный человек, он посоветует Рейчел, что делать и как вести себя, если ее начнет допрашивать полиция…
Все обитатели фермы Уиппл собрались в гостиной перед экраном телевизора, к которому был подключен видеомагнитофон. Лео решил продемонстрировать публике некоторые изменения, внесенные им в будущий фильм.
Тщательно и с выдумкой отснятые Эми первые кадры, запечатлевшие въезд в Темптэйшен, и крупный план стремящейся ввысь, к небесам, водонапорной башни отсутствовали, и вместо них собравшаяся перед телевизором изумленная публика увидела нечто иное. Две стройные женские ножки чертили по экрану ярко-красные буквы, складывающиеся в слова: «Лео Кингсли представляет фильм „Жаркая плоть“.
— Что это? — вскричала Клиа, приподнимаясь с дивана.
— Смотри дальше, — с невозмутимым видом отозвался продюсер.
Дальше видеоматериал Эми был полностью оставлен, но Лео добавил несколько откровенно порнографических постельных сцен, которые даже Рейчел, считавшая себя весьма искушенной в такого рода вопросах, никогда прежде не видела.
— Ну, Эми, что скажешь? — спросил Лео, когда они уже по второму разу просматривали смонтированные им эпизоды. — Какие у тебя впечатления?
— В общем, фильм неплохой, — с сомнением отозвалась Эми. — Идея сохранена, но качество ухудшилось. А в целом ничего.
Софи с Рейчел изумленно смотрели на нее.
— О каком качестве ты говоришь, когда фильм превратился в грязную порнуху? — возмутилась Софи. — Я даже своей собаке не позволила бы это смотреть! Гадость!
— Да, Софи права, — поддержала ее Клиа. — Эпизоды отвратительные, пошлые. Ты что же, и дальше собираешься переделывать наш фильм в таком ключе?
— Естественно, — нисколько не обижаясь сокрушительную критику, ответил Кингсли. — Такие фильмы пользуются успехом, я за них выручаю неплохие деньги. А эту вашу сладкую муть о возвращении в город детства никто смотреть не захочет! Я много раз объяснял это вам всем, но до вас, видимо, туго доходит.
— Разве речь идет о деньгах? — воскликнула Софи. — Меня, например, деньги не очень волнуют!
— Ты испортил хороший фильм, — поддержала ее Эми, но в голосе сестры Софи не услышала искреннего возмущения.
— Лео, ты извращенец! — негодующе заявила Клиа.
— Я предупреждал тебя, Клиа, что снимаю не наивные детские мультики на студии Диснея. Я много раз объяснял тебе: для того чтобы фильм стал кассовым, необходимо напичкать его постельными сценами. Только сексом и можно привлечь зрителя, причем чем секс грубее и пошлее — тем лучше!
Рейчел подошла к видеомагнитофону, достала кассету, красным фломастером написала на ней «Гадость!» и вручила продюсеру.
— Рейчел, детка… — начал он, но девушка его перебила.
— В общем, Лео, мы сами будем делать фильм, — авторитетно заявила она, глядя ему в глаза. — Мы вставим в него постельные сцены, но не такие грязные. Договорились?
— Сомневаюсь, что мне удастся протолкнуть ваш фильм на видеорынок, — покачав головой, произнес продюсер. — Уверен, вы наснимаете какой-нибудь слащавой мути, которую даже школьники средних классов не захотят смотреть!
— Мы постараемся! — заверила его Эми.
— Сколько вам потребуется времени не переделывание фильма?
— Недели хватит, — ответила Рейчел, которая мгновенно сориентировалась и решила брать ситуацию в свои руки: она будет помощником Лео, посредником между Эми, Софи, Клиа и им.
— Ладно, — после долгой паузы вздохнул продюсер. — Даю вам неделю, но учтите: мне нужен в фильме секс. Если вы снова начнете снимать эту галиматью, то я буду вынужден по своему усмотрению добавить в фильм постельные сцены. И не обещаю, что они будут невинными. Договорились, Эми?
— Договорились, — согласилась Эми. — А ты, Рейчел, будешь нашим ассистентом.
— С удовольствием! Пойдем, Лео, я отвезу тебя в мотель, а потом, когда ты отдохнешь и переоденешься, мы можем поехать куда-нибудь пообедать, — предложила Рейчел. — Например, в ресторан. И там ты мне объяснишь, что именно хочется тебе увидеть в будущем фильме. Так сказать, общую концепцию.
— Ну не буду же я в ресторане на пальцах показывать тебе, какие сцены мне нужны в фильме, — буркнул Лео, когда они выходили из дома.
