- Она подумает... - Кэти взглянула на свой халат и тяжело вздохнула. Я так одета, что она может не то подумать.
- И ты так волнуешься из-за нее?
Голос Дэниела казался спокойным, но Кэти почудились в нем стальные нотки. Она посмотрела в его красивое, загорелое лицо.
- Просто это было так неожиданно. Я...
- Ты волнуешься? - тихо повторил он.
- Не знаю! Я же сказала... - Кэти покачала головой. - Что ей было нужно?
- О... ничего особенного. - Дэниел пригладил рукой блестящие волосы. Похоже, он собирался с мыслями. - Она спрашивала насчет... бала. Помнишь, мы видели днем афишу в кафе?
- Да?... - Ей тоже было трудно сосредоточиться, ее сердце бешено стучало.
- Она просила, чтобы я сопровождал ее.
- О! - Кэти сглотнула. - И ты согласился?
Дэниел покачал головой, с таким видом, будто Кэти ляпнула какую-то несусветную глупость.
- Нет, уж кого мне не хотелось бы видеть рядом с собой, так это Сандру. Тем более, в этом году я вообще на бал идти не собираюсь. - Он взял Кэти за руку и подвел к большому дивану с кремовой обивкой. - Хватит говорить о Сандре или о бале. Я хочу говорить только о тебе. Расскажи мне об отце Робби.
- Он погиб, - пробормотала Кэти. На ее глазах выступили слезы. - Мне больше нечего сказать. Он умер. Он не может... не может...
- Больше обидеть тебя. Это ты собиралась сказать? - мягко спросил Дэниел.
Кэти кивнула. Она заметила, что глаза Дэниела потемнели.
- А Робби знает?
- Да. Я рассказала ему... Ну, в общих чертах - что папа умер до его рождения.
- До рождения? - Дэниел нахмурился. - Тогда тебе было очень трудно.
- Да, да, очень. - Кэти с дрожью перевела дыхание. - Но не поэтому. Если ты ожидаешь услышать историю трагической любви, то я тебя разочарую. Я была молодой, наивной и глупой. Однажды ночью все и произошло... - Она сжала губы. Ей не хотелось посвящать Дэниела в свои прошлые ошибки, но теперь она начала понимать, что поступает правильно. - Он много пил: водку, я думаю, или джин... что-то вроде этого. Я не любила спиртное, и пила апельсиновый сок, но он... - Кэти посмотрела на огонь. Лепестки пламени завораживали. - Я только потом догадалась, что он весь вечер подливал водки мне в стакан. Я не понимала, что происходит. Позже... когда он начал... Я не ожидала, что он сделает это со мной. Мне хотелось, чтобы в первый раз это было что-то необыкновенное... - Она помолчала, а затем взглянула на Дэниела полными боли глазами. - Твой первый раз был особенным?
- Нет. Запоминающимся, пожалуй, но по другой причине. Я был слишком молод, слишком пьян и вообще ничего не соображал. Но мы говорим не обо мне, а о тебе. Что же было потом?
- После... когда я поняла, что беременна, он... он не хотел об этом знать. Он сказал... - Кэти всхлипнула. - Он сказал, что мог переспать со мной только по пьяни. Я была тогда толще, - добавила она, - и еще уродливее, чем сейчас. - Кэти отважилась посмотреть на Дэниела. В его взгляде блестела сталь. - Ты как будто злишься.
- Ты меня обвиняешь? - Дэниел не отводил глаз.
- Я знаю, о чем ты думаешь, - торопливо продолжила Кэти. - Почему я связалась с таким человеком? По правде говоря, я и сама не знаю. Наверное, я была даже... благодарна ему за то, что он обратил на меня внимание. Сейчас это кажется глупым, но мне было семнадцать лет, и я была совершенно неопытной. Стив все время меня обманывал. Я не понимала этого, когда мы были вместе, но потом, когда я начала вспоминать...
- Как он погиб?
- В автокатастрофе. Они с приятелями угоняли машины и катались на них по округе. Он врезался в стоящий автомобиль на скорости под сотню километров в час.
- И Робби совершенно ничего о нем не знает?
- Нет. У меня были фотографии, но я порвала их после того, как Стив предложил мне сделать аборт.
Дэниел нахмурился.
- Он так сказал тебе?
- Да, и много чего добавил. - Кэти едва заметно улыбнулась. - Но тебе не обязательно выслушивать остальное. Поэтому я ничего не говорила Робби. Как можно сказать ребенку, что родной отец не хотел, чтобы он родился? Конечно, я сама виновата, что связалась со Стивом...
- Но если бы не связалась, у тебя сейчас не было бы Робби. Вот живое доказательство того, что все, что ни делается - к лучшему.
- Да. - На ресницах Кэти блестели слезы. - Робби - все для меня.
- И это заметно. - Дэниел поднял руку и погладил Кэти по щеке. В его темных глазах светилось сочувствие. - Ты выглядишь усталой.
- По-моему, я все время уставшая, - пробормотала она. - Этот переезд дался мне тяжелее, чем я ожидала.
- Хочешь лечь? - Дэниел улыбнулся. - Не красней. У меня еще куча работы. Ты можешь спать в моей комнате. А я лягу в мастерской.
- Ты... уверен?
- Абсолютно.
- Если бы ты знал, как я ценю твое отношение ко мне. Я всего лишь плаксивая, запутавшаяся дурочка, но...
- Кто здесь говорит о дурочках? У тебя было тяжелое время. Ты кажешься такой ранимой...
- Я не хочу казаться ранимой. Я хочу быть сильной и отважной! возразила Кэти.
- Очень интересно. - Дэниел одарил ее самой очаровательной улыбкой. Эй! - Он нахмурился, нежно погладив ее по щеке. - Кэти, кисонька, не плачь. Зачем плакать?
