Приготовься умирать полностью

Ланс стащил с дивана одеяло и накрыл его. Кровь продолжала литься из раны, пропитывая кухонные полотенца. Морган надавила на них сильнее, сложив ладони вместе и опершись на них всем весом. Быстрый взгляд, брошенный на Ланса, выдал ее опасения.

Веки Джастина затрепетали и закрылись. Он пошевелил губами, и Морган наклонилась ко рту. Когда она выпрямилась, глаза ее были полны тревоги.

– Что он сказал? – спросил Ланс.

– «Я убил Ноа».

– Подпись он не поставил, но я верю.

Морган потрясла головой:

– Еще он сказал, что Хейли была новой целью.

– Значит ли это, что именно Джастин намеревался в следующий раз убить ее? Или она была мишенью кого-то еще?

– Не знаю, но на всякий случай напишу Шарпу. Нужно проверить, как там Хейли. Мы пока здесь застряли.

– Хейли-и-и-и! – зовет шепот.

– Отстань от меня, – она плачет.

Она подтягивает колени к груди и натягивает одеяло на плечи, прячась от голоса. Почему он никак не оставит ее в покое?

– Зачем ты убила меня, Хейли?

Она начинает скулить.

Спасенья нет, этот голос звучит прямо у нее в голове.

Она качает головой. Нет, я не убивала. Я бы не стала. Я бы не смогла.

– Нож был в твоих руках, – шепчет голос. – Ты убила меня. Вспомни. Вспомни, сколько было крови.

Она видит, как расползается по полу и подбирается к ней эта красная волна.

Это море вины. Нацелилось на нее, и вот-вот дотянется…

– Тебе лучше бежать, Хейли. Убегай. Я вернусь за тобой.

Но на этот раз она не будет ждать, пока ее накроет. Она не может. Она больше не может этого выносить. Больше не может выдержать этих прикосновений. Попади она на кожу еще раз, и ее уже будет не смыть. Она останется грязной на веки вечные.

Выскользнув из своего укрытия, она убегает из комнаты. Она найдет себе другое убежище, такое место, где голос не сможет ее найти.

Ее босые ноги беззвучно бегут по ковру.

Задние фары машины скорой помощи исчезли в темноте. Морган повернулась лицом к лесу перед домом Джастина, где несколько помощников шерифа, вооружившись мощными фонарями, пытались найти какие-нибудь улики.

– Я беспокоюсь за Хейли. – Морган прислонилась к боку дедушкиной машины.

– Я тоже. – Ланс ходил перед ней взад-вперед. – Джастин выведен из строя и теперь не может ей навредить.

– Но мы не знаем, он ли хотел ее убить, а правду он нам не скажет. Джастин может больше никогда не прийти в сознание. А тот, кто стрелял в него, ушел, как ни в чем не бывало.

Ланс посмотрел на часы:

– Шарп сейчас должен быть с ней. К тому же у них еще есть и телохранитель.

Шериф вышел через парадную дверь. Даже в темноте было видно, как он истощен, настолько запали его щеки и темны были круги под глазами.

Стоя рядом с Морган, Ланс скрестил руки на груди, образовав из них жесткую прямую.

Шериф переговорил с главным помощником, а затем подошел к Лансу и Морган.

– Он действительно признался в убийстве Ноа?

Морган кивнула. Помощник уже взял у нее показания, но она снова в точности повторила шерифу то, что произнес Джастин.

– Мы не знаем, что он имел в виду, сказав: «Хейли была новой целью».

– Учитывая то, что он признался в убийстве своего друга, думаю, что это означает, что следующей он собирался убить Хейли. – Шериф Колгейт прижал кулак к груди. Он не выказывал никакой досады по поводу того, что они раскрыли дело вместо него, демонстрируя лишь облегчение. Против света с крыльца его лицо было в тени, и кожа казалась дряблой, как будто он сильно похудел. – Что навело на него ваши подозрения?

– Мы выяснили, что его в прошлом арестовывали за изнасилование на свидании, – сказала Морган. – Обвинения были сняты, но это нас насторожило, и мы решили присмотреться к нему более пристально. Потом мы узнали, что он пересекался с Шеннон Йейтс в гостинице, где она работала.

– Когда я осматривал дом, в спальне обнаружил флаконы с золпидемом, – добавил Ланс.