— Что тебе сказать? — начал Джек. — Руди определенно был в доме жертвы в вечер убийства примерно в то же время, когда произошло преступление. Он сам это признает. Но утверждает, что ему стало плохо и он попытался выйти на улицу очистить желудок. По дороге споткнулся, разбил пивную кружку и порезал руку. После чего Люси — та самая девушка, которую убили, — вышвырнула его за дверь.
— Значит, его кровь обнаружили в доме?
— Да.
— А другая найденная кровь принадлежала жертве?
— Именно.
— Похоже, у тебя серьезные проблемы.
— Это только половина дела. Все могло произойти лишь одним образом — и только это не будет противоречить рассказу Руди: кто-то появился в доме жертвы после того, как он оттуда ушел. На этой улице жили трое парней. Двое из них видели, как Руди шел к Люси, а через некоторое время возвращался со стороны ее дома. Но вскоре они исчезли из города, и с тех пор их местопребывание неизвестно. А третий смотался так поспешно, что полицейским даже не удалось с ним потолковать.
— Здесь что-то не так.
— Похоже. Только это нам ничего не дает. Другое дело, если бы существовало свидетельство, что кто-то еще побывал в тот вечер в доме жертвы. Тогда исчезновение парней выглядело бы в самом деле подозрительно.
— Но такого свидетельства нет?
— Нет. Здешние следователи — простофили. Я не большой дока в том, как следует действовать на месте преступления — всю жизнь занимался гражданскими делами, — к тому же преступление совершено десять лет назад. Но и мне очевидно: когда убит человек, особенно таким, как в этом случае, жестоким способом, должны обнаружиться какие-то улики. Отпечатки пальцев, следы обуви, фолликулы волос — хоть что-нибудь! Такое впечатление, что следователи, после того как нашли следы крови Руди, тут же на этом остановились.
— Не исключено, что Руди был в самом деле единственным человеком, который в тот вечер побывал в доме убитой, — предположила Пат. — Нельзя сбрасывать со счетов такую возможность.
— Можно, если верить Руди. А я ему верю.
Пат не ответила. Они уже вернулись домой, и она забыла, что бегала. Удивительно, как быстро летит время, если человек увлечен интересным разговором. Эта беседа ее разволновала. Джек сделал решительный шаг, но что, если Руди в самом деле преступник? Или другая вероятность — будет невозможно доказать его невиновность? Как поступит Джек, особенно после того, как познакомился с Руди и тот ему явно понравился? Из того малого, что удалось узнать Пат, против Руди было выдвинуто серьезное обвинение, основанное на косвенных доказательствах. И она отказалась от решения ехать в тюрьму. «Неужели мне хочется знакомиться с человеком — тем более сыном Майка — накануне его смерти?»
Такерия располагалась на границе латиноамериканского квартала, но дала бы пару очков форы всем другим забегаловкам, претендовавшим на роль ресторанов в самом районе. Она могла похвастаться обеденным залом и отдельным баром для тех, кто желал «только выпить». Интерьер отличался абсолютным смешением стилей, перегруженностью деталями и пренебрежением ко всему мексиканскому. К потолку было подвешено чучело крокодила, стены украшали знамена штата Флорида и города Майами, оленьи головы, чучела длинноухих зайцев и другая мишура, среди которой неведомо почему красовался четырехугольный плакат с надписью: «Раскошеливайся, Аспен, штат Колорадо!»
Еще один плакат изображал Эль Кордобеса, знаменитого матадора, но он был испанцем, а не мексиканцем.
Джек и Пат нашли место в углу слева от матадора. Пат, удивленная оформлением зала, обводила стены взглядом.
— Похоже, я попала на Ривьеру сельских южан, — усмехнулась она. Они оба недавно приняли душ и переоделись в джинсы и майки.
— Посмотрим, как ты заговоришь, когда отведаешь здешнюю стряпню, — рассмеялся Джек.
— Неужели так плохо?
— Шучу. Очень вкусно.
Подошел официант, и они заказали буррито с курицей и по бутылке пива «Дос Эквис». Пиво принесли сразу, и Пат с удовольствием сделала большой глоток.
— Какой смысл было бежать три мили, а затем приниматься за пиво?
— Прямой смысл. — Джек чокнулся своей бутылкой о ее бутылку. — Пиво помогает ощущать себя лучше, а бег — выглядеть лучше. Ты выглядишь отлично.
— Спасибо, Джек. — Она приподняла брови и улыбнулась. — Ты тоже, особенно в своих плавках. — Пат говорила о его откровенном купальном костюме, в котором он плавал в домашнем бассейне. — Домысливать ничего не приходится.
Джек покраснел. Пришлось напомнить себе, что перед ним сидит его старая знакомая Пат.
— Неужели заметила?
— Еще как. — И она посмотрела в его мальчишеские голубые глаза. Джек не отвел взгляда — Пат предстала перед ним в новом свете.
— Я тоже.
Их настроение нарушил подошедший с буррито официант. Они ели молча и размышляли о том, что только что пережили. Пат вовсе не собиралась делать эротических намеков. Она не думала о Джеке как о мужчине — по крайней мере до того момента, пока слова не сорвались с ее языка. «Я всего-то сказала, что он неплохо выглядит», — успокаивала она себя. Джек твердил себе тоже нечто схожее. Пат решила переменить тему.
