Он не стал отвечать, пристёгивая её ремень безопасности. Сначала она уставилась на удерживающий ремень. Когда самолёт оторвался от земли, её голова упала на грудь. Тони размышлял, способна ли она осознать что-то из происходящего. Внезапно она вскинула голову, и в тишине салона прозвучали нечёткие слова: — Менння щас стошшшшшнииит.
Теряя терпение, Тони вдруг заметил, что она побледнела. Отстегнувшись, он подошёл к ней и заметил страх в её глазах, пока она боролась со своим ремнём безопасности.
— Прекрати это. Ты в самолёте. Ты никуда не пойдешь.
Она не могла справиться с защёлкнутой застёжкой ремня и отвернулась. Слёзы градом потекли по её щекам. Он схватил её за подбородок и повернул к себе. Он не успел сделать ей выговор за нарушение зрительного контакта, как она дёрнулась, и её вырвало. Рвота покрыла её платье и его брюки.
— Дерьмо! — рявкнул он. Это было отвратительно!
— Я говорила тебе. Меня тошнит, — крикнула она.
Он посмотрел на грязь, потом на Клэр, сникшую в кресле.
— Не смей испоганить ещё и чёртово сиденье.
Его слова только умножили её слёзы. Когда он потянулся к ремню и отстегнул его, отвращение от беспорядка каким-то образом сплелось с сочувствием.
— Иди сюда, — сказал он, протягивая руку.
Ещё больше вжавшись в кресло, она спросила: — Почему я здесь? Что ты делаешь?
Тони попытался сосредоточиться на сочувствии: — Клэр, ты себя плохо чувствуешь. Позволь мне дать тебе воды и очистить одежду.
Она нерешительно встала и позволила довести себя до ванной в конце салона. С каждой командой её послушание ослабевало, а неповиновение увеличивалось. Он подозревал, что ей потребуется ещё одна порция наркотика.
— Я не должна быть тут. Куда мы направляемся?
— Тебе будет лучше, если ты выпьешь воды.
Она с опаской взяла чашку воды, перемешанной с ещё одним пузырьком бутирата. Он смотрел, как жидкость плескалась по стенкам чашки в её трясущихся руках. Наконец, боясь, что она прольёт её, он сам помог поднести чашку к её губам и сделать глоток.
Она сплюнула в раковину.
— Странный вкус.
— Это от того, что тебя рвало. На, прополощи. — Он налил воды в другую чашку, и она сполоснула рот. Потом он опять протянул первую чашку. — Теперь пей.
Клэр кивнула и сделала, как он велел.
— Нужно избавить тебя от этой грязной одежды.
