К Трушину подошел полковник, представитель краевого УВД, и распорядился оцепить место происшествия. По набежавшим с пожарных рукавов лужам, еще не схватившимся на весеннем морозце, слушатели растянулись в цепочку, заблокировав все подходы к зданию.
Понемногу начало светать. Мимо переминающегося с ноги на ногу Воронова прошли двое мрачных мужчин. Они беспрепятственно преодолели оцепление, вошли внутрь магазина, побыли там минут пять и вышли еще более помрачневшими.
– Хорошо хоть Тэтчер уехала! – сказал один из них.
Воронов и Рогов переглянулись. Тэтчер уехала две недели назад. Погостила у Горбачева в Москве и вернулась в Лондон. Как ее отъезд мог быть связан с пожаром в магазине, было не совсем ясно. Нигде в официальных СМИ не сообщалось, что глава английского правительства намеревается посетить Дальний Восток, тем более делать покупки в магазине верхней одежды. Выйдя за оцепление, загадочные мужчины сели в черную «Волгу» и умчались в сторону улицы Краснореченской.
– Что они о Тэтчер толковали? – спросил Виктор.
– Цену набивают, – ответил Рогов. – Ты разве не понял, откуда они? У них на лбу написано: «КГБ». Ребята из этой конторы нормальным языком говорить не умеют. У них что ни слово, то загадка. О, еще кто-то пожаловал!
К оцеплению подъехали две «Волги» и микроавтобус. Из легковых автомобилей вышли представительные мужчины в гражданской одежде, из микроавтобуса – следователи и криминалисты краевой прокуратуры в форме. Они о чем-то посовещались с полковником из УВД и пошли внутрь магазина. Следом за ними на черной «Волге» прибыл начальник краевого УВД. Он также поговорил с полковником и пошел осматривать результаты пожара.
– Черт, мы стоим в самом неудобном месте! – прошипел Рогов. – Все боссы мимо нас идут.
– Нам-то по фигу, – вполголоса ответил Виктор, – а вот батьку надо бы в сторону отойти.
– Куда он отойдет от центрального входа?
Приятели украдкой посмотрели на начальника курса. Трушину стояние на свежем воздухе не пошло на пользу. Наоборот, он еще больше раскраснелся и стал выглядеть как карикатурный алкоголик из журнала «Крокодил». К запаху перегара на морозе у Трушина добавился густой пар изо рта. Чтобы не выглядеть, как Змей Горыныч, испускающий облако дыма при каждом выдохе, Трушин стал дышать в воротник шинели, но это мало помогало.
С первыми лучами солнца к магазину примчался автомобиль ГАИ с включенными проблесковыми маячками. За ним – правительственная «Чайка». Трушин при виде «Чайки» выпрямился, как гвоздь, и замер. Глядя на него, вытянулись по стойке «смирно» и его подчиненные. Всем стало не до шуток – на место происшествия прибыла высшая партийная власть. Милицейский полковник беспомощно оглянулся на вход в магазин, где исчезли начальник краевой милиции и прокуроры. Встречать высоких гостей предстояло ему.
Из «Чайки» проворно выскочил молодой человек в кожаной куртке, открыл заднюю дверцу автомобиля. Неспешно, как истинный хозяин края, появился представительный мужчина в пальто с каракулевым воротником и в шапке-пирожке. Слегка прищурившись, он осмотрел площадь перед магазином, скользнул взглядом по оцеплению. Милицейский полковник набрался духу и строевым шагом пошел к «Чайке».
– Товарищ первый секретарь Хабаровского краевого комитета КПСС! – по-уставному обратился он. – Личный состав хабаровского гарнизона милиции и приданных сил высшей школы милиции работает по охране места происшествия и обеспечению общественного порядка. Докладывал полковник милиции Веремейчик.
Алексей Клементьевич Черный чем-то был похож на молодого Брежнева: такой же красавец-мужчина в расцвете лет, бровастый, с правильным овалом лица, строгим решительным взглядом. Следуя духу демократических реформ, он пожал руку полковнику, задал уточняющие вопросы. От Воронова первый секретарь крайкома стоял в паре метров, от Трушина – на шаг дальше. Виктор физически ощутил, как у начальника курса под шинелью сердце замедлило ход и стадо биться через раз. Встреться он с первым секретарем взглядом, и карьера в МВД для Трушина могла бы бесславно закончиться. Стоит хозяину Хабаровска повести бровями, как подполковника Трушина тут же уволят из милиции за появление на боевом задании в нетрезвом виде.
«Как бы его прикрыть? – подумал Воронов. – Если Черный подойдет к Трушину, то почувствует запах перегара, и тогда батьку несдобровать!»
Виктор попробовал пошевелиться и с удивлением почувствовал, что у него самого ноги приросли к земле, он не может даже шага сделать. Первый секретарь крайкома своим появлением вверг в ступор все оцепление, лишил и начальника курса, и слушателей способности передвигаться, осмысленно думать и говорить. Высший партийный руководитель был не только человеком из плоти и крови, он был еще и жерновами – жестокими, неумолимыми, способными мимоходом сломать судьбу и превратить любого подданного в пыль, в прах – в ничто.
