Для того чтобы перебраться через эту паутину сперва я подсвечивал Андрюхе, затем он мне. Когда зажигалка оказалась в руке у чекиста, я заметил, что она довольно заметно подрагивает. Что, ФСБ, шалят твои хваленые железные нервы! – злорадно подумал я и тут же ощутил тугое давление ржавой струны. Мне не хватило длины ног, чтобы спокойно перешагнуть ее, как это сделал великан Леший.
Вот тогда-то Максиму Ветрову и стало не до смеха. Моментально накатил удушливый страх. Темнота вокруг стала вовсе не пустой и бездонной. Она ощетинилась десятками, сотнями, тысячами стальных кольев, нацеленных точно мне в сердце.
– Зацепил, – прохрипел я, едва справляясь с внезапно окаменевшим в глотке воздухом.
– Верхнюю?
Леший спросил то, на что я просто не успевал ответить. Нижняя сторона бедра все сильнее давила на проклятую проволоку и остановиться было уже не возможно. Точка равновесия оказалась пройденной, и сейчас я падал прямо на спуск зловещего орудия убийства.
– Андрей, уходи! – этот крик стал единственным, чем я смог помочь другу.
– Расслабься! – рявкнул мне в ответ Загребельный.
«… и получай удовольствие», – продолжение бородатой шутки само собой промелькнуло в голове. Впрочем, в ней родимой пронеслась не только старая острота, но и весь окружающий мир. Состоял он из искры одинокого затухающего огонька, громкого змеиного шипения откуда-то справа и цепкой хватки двух необычайно крепких рук, одна из которых обхватила меня сзади за поясницу, а вторая уцепилась за отворот телогрейки. Все это вдруг дернулось, рванулось и перевернулось вверх тормашками. Дальше последовали удар, грохот, скрежет которые стали бултыхаться и тонуть в глубинах вязкого колокольного гула.
– Макс, ответь! – голос Загребельного жил как бы сам по себе, совершенно отдельно от всей этой гудяще-лязгающей какофонии, а потому сразу дошел до моего сознания.
– Ох… – ответ получился не очень, но это все на что сподобился отходящий от шока полковник Ветров.
– Задело? – тревога Андрюхи будто наполнила окружающий мрак.
– Пока не понял, – прохрипел я.
– Сейчас… – ФСБшник начал судорожно шарить по мне рукой.
– Да, нормально вроде… – для проверки я слегка поворочался.
– Крови нет, – согласился приятель.
– Прости. Обложался как зеленый пацан, – от бессильной злобы на себя самого я то ли зарычал, то ли застонал. – Вот ведь цирк-зоопарк! Видел же, что высоко, что не переступлю!
– Ага, – Загребельный сперва согласился, но затем передумал: – Я тоже хорош. Надо было тебя перетащить.
– Ты ведь кажись и перетащил, – я с кряхтением стал подниматься на ноги.
– Скорее перекинул, – судя по шуршанию, Леший тоже принял вертикальное положение, причем гораздо проворней, чем я. – Хотя броском через бедро такую высоту тоже не взять. Однако ничего лучшего придумать попросту не успел. Что эта штуковина шандорахнет было яснее ясного, а потому требовалось срочно убираться с линии огня, да еще к тому же сделать так, что бы ты второпях не сорвал две остальные струны. Иначе нам с тобой…
– Хана! – закончил я за приятеля.
– Стопроцентная, – подтвердил чекист. – Это оружие возмездия жуть какое мощное оказалось. Шипение слыхал? Похоже пневматика. На сжатом газе работает. Наверняка баллоны приспособили, а там ведь до двухсот атмосфер.
– Неужто «серые» и в этом секут? – задавая этот вопрос, очень хотелось увидеть лицо друга, но тьма показала лишь бесформенную темно-бурую массу в шаге от меня.
– Скорее всего, разумная форма жизни из другого мира, – после некоторой паузы вынес свой вердикт офицер ФСБ. – Если вспомнить тех же самых кентавров или Хозяина леса, то станет понятным, что это вовсе не новость.
– Да-а… – невесело вздохнул я – Пришельцы… И опять они не в восторге от нашего общества.
– А может это мы пришельцы? – Леший стал топтаться на месте и шерудить ботинками. – Черт его знает куда нас занесло. Приперлись сюда вместе со своим железом и еще возмущаемся, почему нам не рады. А может, здесь раньше всякие-разные лютики-одуванчики произрастали и птички щебетали как очумелые?
– Ты сейчас эти самые одуванчики ищешь? – до меня, наконец, дошла причина производимого Андрюхой шума.
– Зажигалку пришлось бросить, когда тебя увальня этакого через растяжки перекидывал, – буркнул Загребельный.
– Может, ты заодно и пистолет нащупаешь? – виновато поинтересовался я.
– Обронил?! – чекист вскрикнул как от боли.
– Ну, обронил, – раскаянно признался я. – Кто ж знал, что ты меня так об землю припечатаешь!
– Стой не рыпайся! – приказал Андрюха, предвидя мое желание присоединиться к поискам. – Я сам посмотрю.
Примерно минут пять полковник Ветров смирно стоял на месте и вполглаза наблюдал, как рядом бродит едва заметный расплывчатый призрак. Он то и дело натыкался на какие-то врывшиеся в пыль предметы и тут же высказывал свое мнение о кораблестроителях всех времен и народов. В конце концов, приведению все это надоело:
– Ничего! – прогудел ФСБшник. – Это как иголку в стоге сена. И к растяжкам приближаться как-то совсем не хочется. А может ты его как раз там и посеял.
