Костя не успел ответить, как получил мощный удар кулаком. Он застонал.
– Не понял! – снова наклонился над ним альфовец. – Как фамилия?
– А-а-ав… – И Костя снова получил сильный удар по голове.
Алексей зажмурил глаза. Теперь ему было все равно. Все тело трясло – трясло от страха. Он не помнил, как получил удар по голове, хотя он ничего не делал и никто ни о чем его не спрашивал. Когда он очнулся, то увидел, как из карманов Сибиряка вытаскивали пистолет «ТТ», как вынимали порошок, похожий на наркотики. Он понимал, что кому-то, видимо, уже что-то подкинули.
На столе, где еще недавно стояли бутылки с коньяком, продукты, уже лежали какие-то бинты, наркотики, два сотовых телефона, небольшие рации – все, что изъяли у людей, и несколько пистолетов с полным боевым снаряжением. Алексей увидел «ТТ», «браунинг» и какой-то старенький револьвер. Сомнений не было – это оружие кому-то подложили.
Алексей услышал, как Толик Кунцевский, здоровенный детина, лежавший вниз окровавленным лицом, матерился:
– Бля буду, командир! Какой ствол, какой револьвер?! Какую мне помойку подложили?! Да я с такой помойкой сроду не ходил, в натуре!
Алексей не мог понять, что произошло с ним. «А вдруг мне тоже что-то подложили?! Оружие или наркотики?! Ну, все, меня определят года на три-четыре», – подумал он.
К нему подошли двое здоровых спецназовцев, подняли его.
– Пойдем! – сказали они и повели его в соседний кабинет на допрос.
В четыре часа утра вся операция была закончена. Бойцы спецназа стали покидать следственный изолятор. Всего за это время задержали тридцать четыре человека, семеро из которых остались в Бутырке – против них сразу же были возбуждены уголовные дела, и сотрудники следственного комитета уже готовили соответствующие протоколы. Кроме этого, были арестованы и четыре «гостеприимных» сотрудника следственного изолятора.
Людей, которые были оставлены на улице, положили сотрудники ОМОНа. Все лежали на мокром асфальте и ждали своей очереди. Потом всех погрузили в машины и повезли – кого в ИВС на Петровку, кого на Матроску, а кто-то поехал сразу в Лефортово.
В комнате допросов Алексею задавали вопросы, и, не успев на них ответить, он получал удары то по голове, то в пах. Через пятнадцать минут двое мощных собровцев схватили его под руки и потащили по коридору. Алексей уже не мог идти – ноги не слушались.
Так его протащили через весь коридор и вытащили во дворик. Там стояли «воронки» – небольшие милицейские «газики». Туда грузили всех арестованных и задержанных.
Собровец, показывая на Алексея, обратился к водителю «газика»:
– А этого, падлу, вези к нам, на Петры, мы с ним маленько там поработаем перед допросом!
Прохоров ехал в «Мерседесе» по Ленинградскому проспекту. Неожиданно он ощутил вибрацию в кармане, где лежал пейджер. Достав его, он взглянул на зеленый дисплей, на котором светилась короткая фраза: «Срочно позвони. Соколов». Прохоров знал, что под этой фамилией скрывается не кто иной, как его куратор Лучин. Потребовав, чтобы водитель остановил машину, Андрей в целях безопасности вышел из нее и, отойдя на несколько шагов, достал мобильный телефон, набрал номер Лучина и стал дожидаться ответа. Вскоре он услышал знакомый голос.
– Привет, – сказал Лучин. – Нужно срочно встретиться. Через час сможешь быть? – Он назвал адрес одной из конспиративных квартир.
– А где это? – спросил Прохоров.
– Недалеко от Самотеки.
Андрей взглянул на часы.
– Я могу быть там раньше, – сказал он.
– Ты – может быть. Но я не смогу добраться быстрее. До встречи!
Андрей убрал телефон в карман и быстро вернулся в машину. Интересно, зачем он понадобился Лучину, да еще так срочно? Тот его почти не беспокоил уже больше двух недель…
Вскоре Андрей отпустил водителя и двоих охранников, сам сел за руль «Мерседеса» и направился в район Самотечной площади разыскивать переулок, где находилась конспиративная квартира. Перед семиэтажным сталинским домом с большими окнами остановил машину, подошел к подъезду и посмотрел на табличку с номерами квартир. Шестнадцатая, скорее всего, на четвертом этаже. Лифт был сломан. Пришлось подниматься на четвертый этаж пешком.
Подойдя к нужной квартире, Прохоров взглянул на часы. Прошел ровно час с момента звонка Лучина. Он позвонил в дверь. Она открылась. Точнее, щелкнул электронный автоматический замок. За дверью никого не было. Прохоров осторожно вошел в квартиру, прикрыл за собой дверь и увидел длинный коридор. В конце его появился улыбающийся Лучин.
– Привет, Андрюха! – сказал он. – Дверь закрыл?
– Закрыл.
– Давай раздевайся, проходи.
Обстановка комнаты была обычной. Диван, два кресла, журнальный столик, шкаф, два больших окна. Осмотрев комнату, Андрей перевел взгляд на Лучина.
– Что ты на меня так смотришь? – спросил Лучин. – Это служебная квартира.
– Понятно, – кивнул Прохоров. – Конспиративная?
– Ладно тебе, сразу конспиративная! Для встреч с людьми вроде тебя.
– Небось телок здесь трахаете? – ухмыльнулся Прохоров.
– Что пить будешь – чай, кофе?
– Я бы чайку зеленого…
