Хасанбек не дослушал слова Асланчи, нетерпеливо махнул рукой, показывая, что хочет всё увидеть сам. Ломаный строй разведчиков тут же натянулся в упругую линию, развернулся и, подождав, пока темник, окруженный телохранителями, поравняется с ними, – пустился вскачь, показывая дорогу. Сзади прозвучали запоздалые команды тысячников. Панцирная конница на ходу перестраивалась в боевые колонны, направляясь вслед за своим темником, постепенно охватывая подковой весь участок близящегося леса.
Хасанбек даже не верил в такую удачу. Объект, который ему приказали найти и захватить, – ОБНАРУЖЕН! А захватывать его, судя по всему, уже не было необходимости.
В этом месте своего повествования Хасанбек прикрыл глаза и стал раскачиваться, беззвучно шевеля губами. Должно быть, творил заклинание или молил своих богов о снисхождении.
Я переглянулся с Упырём. На мою вопросительно поднятую бровь начштаба в ответ покачал головой: не мешай!
Вот уже около получаса мы слушали «доклад» темника о недолгом походе и причине возвращения пяти тысяч Чёрного тумена. Я в самом начале убедительно попросил Хасана не пропускать ничего из увиденного. И уже не раз в течение этого времени удивлялся цепкости восприятия своего побратима. Я ловил всё с полуслова. Но дело было вовсе не в образности его рассказа…
Невероятно! Я будто собственными глазами видел всё, или почти всё, о чём повествовал Хасанбек.
Это было чувство, ранее уже испытанное мною несколько раз, но никогда прежде с такой чёткостью. Раньше я периодически видел лишь смутные наплывы видений, которые путал со снами, и всё пытался разгадать или природу этих видений, или же вероятность и суть событий, ожидавших меня. Потом – я уже видел эти сны наяву, днём, просто задумавшись. Далее, они стали властно вторгаться в моё сознание, выключая его на время из МОЕЙ реальности, предлагая взамен поучаствовать в ИНОЙ.
Сейчас, как никогда раньше, я снова как бы слился с сознанием побратима, как будто был допущен соприсутствовать в его теле. На правах совладельца души?..
Хасанбек открыл глаза и возобновил свой рассказ. И я опять, увлекаемый общей душой, оказался именно там, подле вражеского терминала, вместе со своим потельником. Я видел его глазами. Я слышал его ушами.
Я БЫЛ ТАМ!
Восемь стен насчитал темник у этого странного дома. Стены были равны меж собой и на каждой имелись узкие, скруглённые сверху, проёмы, напоминавшие то ли окна чужеземного храма, то ли бойницы неведомой крепости. По четырём сторонам располагались двери. Приземистое здание с виду походило на орех, который под силу раскусить разве что исполину или же целой орде демонов. По зубам ли он его гвардейцам?
Хасанбек припомнил… Точно так же выглядело логово демонов, которое ему и Великому Хану показывал анда Аль Эксей. Только та крепость была обнесена вокруг невидимой стеной, необъяснимой преградой. Точно демоны оживили и разъярили обычный воздух, и он превратился в непреодолимое препятствие. Здесь же – никакой стены не было. Должно быть, демоны потеряли свою поистине нечеловеческую силу. И тут же утратили способность повелевать воздухом, делать из него непроходимые заслоны.
Оцепив логово демонов плотными рядами конных стрелков, темник выждал некоторое время. Изнутри не доносилось никаких звуков. Тишина… Лишь витал над зданием неудержимый гам всех окрестных птиц, должно быть, впитавших в себя порцию ужаса, вылетевшего из демонских палиц.
Перед убежищем врага на траве, в неестественно скрюченных позах, лежали три фигуры в чёрных одеяниях. Глухо щёлкнули тетивы. Коротко свистнули стрелы. Мягко шлёпнулись, пронзая тела, добивая и без того мёртвых демонов – на всякий случай.
Впереди, словно приглашая войти, чернела единственная распахнутая дверь. Как открытая пасть. Ой, не западня ли?!
Вперёд! Не время для сомнений. Хасанбек, вырвав из ножен меч, ринулся в тёмный проём. Полусотня спешившихся багатуров без приказа рванула за ним. Проём встретил их прохладой и поглотил без остатка.
…Я опять двигался по широкому коридору терминала!
Скупые слова Хасанбека, передававшие самую суть происходивших с ним событий, влетали в меня, и каждое высекало дополнительные кадры в этом своеобразном документальном фильме. Внутри меня шло самое настоящее информационно-эмоциональное кино! Я смотрел глазами Хасанбека. Я бежал в теле Хасанбека. Я был Хасанбеком и поражал врагов его рукой… Хотя, стоп! – кого поражал?!
В том-то всё и дело. Врагов ведь не было! Точнее, быть-то они были, но их совершенно не нужно было убивать. Даже в порыве боевой ярости. Их кто-то УЖЕ убил незадолго до штурма терминала.
Ну и дела!
