Ольга снова замолчала. Ей удалось скопить немного сил, которых хватило, чтобы встать со стула.
– Ты рассказала об этом Старыгину той ночью? – догадался Лебедев.
Ольга слегка кивнула головой.
– Да. И он сразу все понял… – Ольга с надеждой посмотрела в глаза Максима. – Только не думай, что я всех вас использую! Или манипулирую… Я пообещала, что поймаю преступника. И я это сделала… А ты… ты должен был мне помочь и не сорваться в последний момент. Поэтому я тогда к тебе и пришла…
Лебедев ошарашенно отвел взгляд в сторону.
– Но почему? Почему он просто не сдался?
– Может, потому, что сошел с ума?! Ты не думаешь, что психиатрическая экспертиза дала бы положительный результат? А я уверена – так оно и было бы!
Лебедев повернулся и направился к окну. В полутемном кабинете ему самому стало казаться, что и он бы теперь не прошел психиатрической экспертизы. Максиму нужен был свет. Он смотрел в окно с его серым московским пейзажем. А на самом деле чувствовал, что свет сейчас находится где-то у него за спиной.
– Максим, освободился не только дядя Миша. Я тоже… Он заставил меня пережить заново весь тот кошмар и… Уже двадцать дней я не проверяю входную дверь перед тем, как пойти спать…
Ольга почти бесшумно повернулась, сделала два шага и взялась за ручку двери.
– Я пойду?
«Странно! Она спросила? Не стала утверждать, а спросила?»
Максим медленно обернулся к Ольге и посмотрел в ее огромные, бездонные и такие ласковые сейчас глаза.
– Нет! Останься со мной!
Они медлили секунду. Не сговариваясь, бросились в объятия друг к другу и обнялись так крепко, как будто боялись сорваться вниз с какого-то своего моста…
Максим быстро и отчаянно, словно боясь что-то упустить, покрывал ее лицо и шею поцелуями. Ольга обнимала и целовала его так, будто ждала этого всю жизнь.
– Два кошмара, повстречавшись… – Максим еле переводил дыхание, – не родят ничего… кроме…
– Нет, нет, нет! Ведь сейчас они любят друг друга!
