Потормошив Ветрицкого, я вновь поднялся на ноги и ухватился за решетку. Ну и как мне из всего этого выпутываться? А точнее — как сбежать до приезда в Центральный участок? Думаю, там и первую ночь не пережить. Или сразу на допрос выдернут и душу вытрясут, или Илья Линев со товарищи втихую на тот свет отправят. Контрразведчики такую аферу не для того замутили, чтобы из-за случайно выжившего исполнителя, а по совместительству козла отпущения до виселицы прогуляться. Нет, у них наверняка запасной вариант должен быть. И сто процентов, этот пресловутый «план бэ» включает в себя мое устранение.
Ладно, будем рассуждать логически. Все мало-мальски способное послужить оружием из карманов выгребли, но способности-то мои к колдовству никуда не делись. Да — ограниченные, да — не всегда срабатывающие, только ведь порой хватает самой малости, чтобы повернуть ситуацию в выгодную для себя сторону. Сосредоточившись, я попытался восстановить свои защитные чары и с ужасом понял, что ничего не выходит: защелкнутые на запястьях наручники непонятно каким образом блокировали все попытки сотворить волшбу.
Да что за гадство?! Ведь нет на них ни одной руны! Неужели в самом металле дело? А пробовать снять — дохлый номер. Я ж не какой-нибудь спецагент, всяким разным трюкам обученный…
Выскочивший с соседней улицы темно-синий микроавтобус резко затормозил на перекрестке, когда до головной машины сопровождения оставалось не больше пятидесяти метров. Боковая дверь плавно ушла в сторону, выставив напоказ дуло установленного на станке «Корда». И первая же очередь крупнокалиберного пулемета наискось прошила внедерожник с безопасниками. Вторая прошлась по шинам рафика и, враз осев на ободья колес, автомобиль едва не перевернулся, но водитель каким-то чудом справился с управлением и вырулил на обочину.
А вот несшемуся за нами «Патриоту» так не повезло: уже почти свернувшую во дворы машину зацепила пулеметная очередь, и она на всей скорости врезалась в угол дома. Кузов автомобиля сорвало с рамы, и не думаю, что хоть кому-то из находившихся внутри посчастливилось выжить.
Встретивший рафик сугроб оказался не слишком гостеприимен, и меня со всего размаху швырнуло на стену. Некоторое время я валялся рядом с Ветрицким, соображая, на каком свете нахожусь, а потом рядом застучали перекрывшие пальбу «Корда» автоматные очереди: попытавшихся выбраться из машины дружинников в упор расстреляли выскочившие из подворотни сообщники азартно палившего по уже загоревшимся машинам пулеметчика.
Заднюю дверь автомобиля рванули, с хрустом она распахнулась, и мне в лоб уставился короткий ствол автомата. И как продолжение оружия — плечистый человек в камуфляже с опущенной на лицо черной вязаной шапочкой. В неровных прорезях — колючие глаза. Все, каюк, отбегался…
— Чего расселся, Скользкий? — рассмеялась вдруг голосом Дениса Селина черная маска. — Вылезай резче, наша крыша изъявила желание с тобой пообщаться. Sometimes cats eat bats, знаешь ли…
Однако все страньше и страньше…
Я не могу этот город любить.
Пусть будет сердце из чистого льда
И то, что зовут они кровью, только вода.
Время пришло, и захлопнулась дверь.
Ангел пропел, и полопалась кожа.
Мы выпили жизнь, но не стали мудрей.
Мы прожили смерть, но не стали моложе…
Что может быть лучше, чем в кои-то веки по-человечески выспаться? В тепле, сухости и с полной уверенностью, что ночью из тебя не вытряхнут душу? А если ко всему прочему прибавить трехразовое питание? А? Мечта идиота, да и только. Или все же – одиночная камера? А вот это уже зависит от того, с какой стороны посмотреть.
Ну а вообще, мне – а кому еще, камера же одиночная, – было не до смеха. Наоборот, нервы, словно струны, натянуты. Как зверь загнанный в клетке мечусь.
Хм… Ну не совсем, чтобы в клетке… Так, в клетушке. Почти треть ставшего моим обиталищем узкого пенала занимала шконка, у самой двери примостился откидной столик. Мебели – ноль. С ремонтом тут тоже заморочиваться не стали: поверх бетонного пола кинули линолеум, стены дешевыми обоями обклеили. Под потолком круглые сутки напролет магический шар светится. Сначала и не мешал даже, теперь раздражает – сил нет. Засандалить в него чем-нибудь, что ли? Так еще рванет.
И вот какая мысль в голове постоянно вертится – очень уж мне это место знакомым кажется. Нет, именно тут раньше бывать точно не доводилось, но кантоваться на жилплощади подобной планировки – наверняка.
