– Давайте-ка выпьем, – предложил он и, встав с каталки, пошел к маленькому бару. – Это Мегги. Она работает вместе с нами. Что вы предпочитаете, Майк?
Ошарашенный внезапной активностью старого калеки и потрясенный видом Мегги, Майк стоял с открытым ртом. Наконец он пришел в себя и встал.
– Виски? – спросил Бреди.
– Что, черт возьми, это все значит? – спросил Майк.
– Возьмите виски, Майк, – предложил Бреди и налил приличную порцию. – Мегги, тебе лучше воздержаться. Я знаю, что от виски ты теряешь способность сосредоточиться. Передай это Майку, а я пока приготовлю выпивку для себя.
Мегги взяла стакан и направилась к Майку. Он взял стакан и подумал, что еще ни разу не встречал такой темпераментной женщины. Его мысли несколько сбились. Потом он увидел, что Бреди указывает ему на кресло, и сел.
– О'кей, Майк. Извини, что пришлось разыграть тебя, но я должен был убедиться, что ты подходишь для этой работы, – объяснил Бреди, усаживаясь в кресло-каталку. – Меня ты устраиваешь. А что ты думаешь? – обратился он к Мегги.
Она вздохнула:
– Да, конечно. Он же весь состоит из мускулов.
Бреди улыбнулся:
– К Мегги вам придется привыкать. Мне тоже понадобилось некоторое время, чтобы привыкнуть.
Между тем Майк оправился от шока, вызванного видом старца, который вел себя как юноша, и тем впечатлением, которое произвела на него Мегги.
– Мистер Ванс, – обратился он к Бреди командирским голосом, – я спросил вас, в чем состоит работа?
Мегги тихо застонала.
– Какой великолепный голос! – проговорила она, хлопая ресницами.
– Мегги, может, ты успокоишься? – спросил Бреди, нахмурившись, и, повернувшись к Майку, продолжал: – Речь идет вот о чем: я играю роль инвалида. Мегги – моя сиделка, вы – мой шофер. – Он остановился и спросил Майка: – У вас есть форма?
– Да, есть.
– Хорошо. Итак, наш план.
Следующие двадцать минут Бреди подробно излагал план ограбления.
– Ваша задача состоит в устранении охранников, если они появятся. У вас будет специальный пистолет, – сказал Бреди и подал знак Мегги.
Она прошла в спальню и вернулась с пистолетом.
– У вас не должно быть промахов, – продолжал он, пока Майк изучал пистолет. – Он не представляет опасности, никто не будет убит. Фокус заключается в том, чтобы попасть стрелой точно в шею охранника. Это ваша работа. После этого вы поможете мне выгрузить ящички из сейфа и за это все получите шестьдесят тысяч долларов.
Майк кивнул:
– Прекрасно. Вы спросили меня, хорошо ли я стреляю. Вопрос вполне естественный, когда речь идет о такой сумме.
Он оглядел комнату.
– Картина на стене, – указал он на копию какого-то импрессиониста. Она висела на расстоянии приблизительно шести метров от того места, где он сидел. – Юноша слева… его правый глаз. Видите?
Бреди и Мегги одновременно повернулись и посмотрели на стену. Они впервые увидели, что там висит картина.
Майк поднял пистолет. Его движения были быстрыми и уверенными. Раздался легкий щелчок, когда он нажал на спуск.
– Теперь посмотрите, – предложил он.
Бреди слез с каталки, прошел через комнату и стал внимательно рассматривать картину. В правом глазу юноши торчала анестезирующая стрела.
Было около полудня. Кельнеры в отеле «Спэниш Бэй» носились вокруг огромного бассейна с подносами, уставленными разнообразными коктейлями, едва успевая разносить напитки богатым клиентам, развалившимся в шезлонгах. За кельнерами следовали хорошо обученные бои, тащившие подносы с изысканными канапе.
Уилбур Уорентон закончил свой утренний сеанс плавания. Рядом с ним его жена в бикини читала роман. Она не могла себе позволить плавать утром, оберегая искусный макияж и тщательно уложенные волосы. Плавала она только вечером, а потом тратила час или более, восстанавливая все, что было испорчено водой, и готовясь к выходу на ужин.
Уилбур выпил вторую порцию сухого мартини и сейчас чувствовал себя расслабленным. До сего времени медовый месяц этой пары проходил вполне успешно. Отель был именно таким, как было обещано. Сервис был во всех отношениях безупречен, а кухня отеля могла соперничать с парижскими ресторанами. Единственным облачком на сияющем небе становились все чаще жалобы Марии. В высшей степени избалованная, она относилась к тому типу женщин, которые постоянно находили во всем какие-нибудь недостатки, даже если предполагалось самое лучшее. Сейчас она жаловалась на то, что в отеле слишком много стариков.
Уилбур объяснил ей, что «Спэниш Бэй» – самый лучший и дорогой отель в мире. В основном только люди в годах могут позволить себе проживать в таком отеле.
– Нам повезло, дорогая, что все счета оплачивает мой отец, иначе мы едва ли смогли бы находиться здесь.
Мария фыркнула:
– Такое впечатление, будто живешь на кладбище.
– Мы в любое время можем перебраться в другое место. Тебе что, очень этого хочется? Мы могли бы переехать в «Риваж» – там много молодежи.
– «Риваж»? Ты что, с ума сошел? Это же трущоба!
Уилбур посмотрел на часы и поднялся:
– Мне нужно позвонить отцу.
Мария нахмурилась:
– О Господи! Опять! Или ты обязан звонить ему каждый день?
– Он любит поболтать, – сказал Уилбур. – Я недолго.
