Но их умысел так и не был приведён в исполнение, ибо божественное произволение не допустило, чтобы они окончательно договорились друг с другом. Случилось так, что, на счастье Гверино, их догнал тогда прелестный и очаровательный юноша, под которым был великолепный и роскошно убранный конь и который, наклонив голову и обратившись к Гверино с учтивым приветствием, произнёс: "О благородный рыцарь, если вам это будет не в тягость, я бы охотно продолжал путь вместе с вами". На это Гверино ответил: "Ваша любезность не дозволяет мне отказаться от столь приятного общества. Итак, приношу вам свою благодарность и обращаюсь с настоятельной просьбой оказать нам особую милость и удостоить нас счастья стать вашими спутниками. Мы чужестранцы, не знаем дорог, и вы по свойственной вам обходительности не откажетесь нам их указывать; и, продолжая бок о бок нашу поездку, мы с вами заведём беседу о тех или иных приключившихся с нами случаях, и наш путь покажется нам менее скучным и тягостным". Этот юноша был тем диким человеком, которого Гверино выпустил из темницы короля Филиппе Марии.
Блуждая по различным странам и пустынным местам, он случайно попался на глаза одной необыкновенно красивой, но занемогшей тяжёлым недугом феи, которая, увидев, до чего он уродлив и безобразен, принялась с таким жаром насмехаться над его безобразием, что у неё прорвался нарыв возле самого сердца, который мог бы легко её задушить, и она тут же избавилась от недуга и настолько от него исцелилась, словно вовсе перед тем не болела. Прекрасная фея в воздаяние за доставленное ей столь великое благо и не желая казаться неблагодарной, сказала: "О человек, ныне столь уродливый и омерзительный, ты, в ком причина желанного моего исцеления, стань по моей воле самым красивым, самым благородным, самым мудрым и самым стройным юношей среди всех, каких только можно сыскать. Кроме того, я оделяю тебя всей тою властью и всем могуществом, какими меня наградила природа, и отныне ты сможешь творить и разрушать, по своему усмотрению, всё, что захочешь". И подарив ему великолепного заколдованного коня, она его отпустила и предоставила направиться, куда ему будет угодно.
Итак, Гверино, продолжая путь вместе с юношей и не узнавая его, тогда как тот сразу его узнал, прибыл, в конце концов, в укреплённый на славу город, который назывался Ирландией и которым в то время правил король Цифрой {87}. У этого короля Цифроя были две дочери, прелестные с виду, отменного благонравия и превосходившие красотой саму Венеру: одну из них звали Потенцьяной, другую - Элевтерией {88}, и они были так любимы отцом, что на всё он смотрел не иначе, как их глазами. Итак, прибыв в город Ирландию с неизвестным юношей и своими слугами, Гверино остановился у одного гостинщика, самого обходительного и весёлого человека во всей Ирландии, и все они были приняты им почтительно и радушно. На следующий день неизвестный юноша притворился, будто хочет уехать и пуститься в другие края и стал прощаться с Гверино, выражая ему горячую благодарность за доставленное его обществом удовольствие. Но Гверино, успевший привязаться к нему и его полюбить, ни за что не желал с ним расставаться и так искренне и горячо стал упрашивать его не уезжать, что тот согласился остаться.
Обитали на ирландской земле два свирепых и страшных животных: дикий жеребец и кобыла, равным образом дикая, и таковы были их свирепость и дерзость, что они не только начисто опустошали и разоряли обработанные поля, но и беспощадно убивали всех настигнутых ими животных и всякое существо человеческое. Своей свирепостью они довели эту страну до того, что никто не хотел в ней селиться, да и местные жители покидали свои угодья и дорогие их сердцу жилища и отправлялись в чужие края. И не было там ни одного столь могучего телом и столь бесстрашного человека, который решился бы с ними схватиться и их истребить. По этой причине король, видя, что страна пришла в запустение и в ней не осталось ни съестных припасов, ни животных, ни существ человеческих, и не ведая, как этой беде помочь, горестно сокрушался и проклинал свою жестокую и злую судьбу. Слуги Гверино, которым в дороге не удалось исполнить своё злокозненное намерение и потому, что они не смогли друг с другом договориться, и вследствие прибытия неизвестного юноши, снова принялись размышлять над тем, как бы им подстроить гибель Гверино и завладеть его деньгами и драгоценностями, и сами себе говорили: "Постараемся пораскинуть мозгами, нельзя ли каким-нибудь образом погубить нашего господина".
