В это время стояла промозглая погода, снежно вьюжило, и к ночи дороги покрылись ледяной коркой. Уже находясь в своём дворе, изрядно выпивший Павел подскользнулся и грохнулся спиной об асфальт. При падении сильно ударился затылком и даже на несколько секунд потерял сознание. Когда открыл глаза, то в свете уличного фонаря, увидел под крыльцом своего подъезда замёрзшего котёнка, который не издавал ни звука, и лишь тоненькую шёрстку трепал ледяной ветер. Ещё лёжа в нелепой позе на ледяном асфальте, он понял, что это судьба, потому что с высоты своего роста он прошагал бы мимо, и никогда не заметил того, кто нуждается в его участии. Паша кое-как поднялся, радуясь тому, что не переломал костей и посадил трясущуюся и грязную находку за пазуху. В его жизни никогда так близко не присутствовали животные – мать считала, что с ними появляется зараза, хоть не уточняла какая, но приносить в дом Мурок и Тузиков запрещалось категорически. И вот сейчас, сидя в прихожей и рассматривая пушистую находку, Паша толком не знал, что необходимо делать в таких случаях, и решил правильно – отмыл и накормил. Вот тут, стало понятно, что у чёрно-белого котёнка отсутствует голос. Утром следующего дня они посетили ветеринара и провели некоторые процедуры. Вот тут произошло ещё одно открытие, оказалось, что имя необходимо давать женское. Так в жизни адвоката появилась Анфиса. Анфиса для гостей, для знакомых, для родственников, а для него, Павла – задушевная подруга Фуся. Сейчас он мысленно представил, что Анфиса при виде его усядется терпеливо у дверей, будет смотреть с немым укором и беззвучно открывать розовый ротик с белыми остренькими зубками. Они так много лет безраздельно пренадлежали друг другу, что понимали без слов мысли и поступки. Так как Фуся с рождения не имела голоса, то научилась выражать свои чувства на лохматой мордочке. Павел знал, когда она возмущена, когда крайне взволнована, когда хочет укорить, а когда неимоверно соскучилась. Они проводили чудесные, уютные вечера возле телевизора, иногда посещали родителей Павла на даче. Однако Синицын видел, что отправляясь к старикам, котейка делает ему одолжение. Там совсем не разрешалось запрыгивать на стол, ей никто не предлагал ароматный сыр и нежный паштет, а рацион всё больше состоял из обглоданных куриных костей. Павел тайком подкармливал её колбаской, а вот мать могла огреть полотенцем, если кошка мешалась под ногами. Фуся снисходительно терпеливо относилась ко всем без исключения пассиям хозяина, когда они появлялись в их квартире, но всегда заявляла на него свои права – заглядывала в спальню в пикантные моменты – прыгала на колени, лезла на руки и облизывала лицо. Кошка словно объясняла неразумным: мол, ты-то пришла и ушла, а мы принадлежим друг другу до самого хвостика.
Из коттеджного посёлка они разъехались незамечеными. Да особо их никто и не преследовал. Круг её знакомых только-только проснулся и ещё переваривал информацию, а журналисты, наверное, ещё не решили в каком месте лучше поймать вдову – дома или на работе. Павел немного задержался, дожидаясь слесаря. С Маргаритой они договорились встретиться в торговом доме «МарС» к полудню. Женщины вышли из дома и направились к автомобилю. Марго ловко лавировала на своей машине в общем потоке автомобилей и, не поворачивая головы, чтобы не отвлекаться от дороги разговаривала с подругой:
– Кать, ты только сразу не отказывайся, подумай! – Рита сделала паузу. – Я хочу тебя поставить на своё место, директором магазина.
– Ты что с ума сошла? Я могу умножить только дважды два! – улыбнулась такой нелепой идее Катерина.
– Умножать найдётся кому, важно контролировать, – подруга нервно крутила руль. Она решила, во что бы то ни стало уговорить сокурсницу. – Ты понимаешь, я одна не управлюсь со всеми делами. Мне нужен свой, доверенный человек. Я тебе водителя с машиной выделю, соответственно оклад приличный, не то, что в твоей культуре.
– А что в моей культуре? – обиделась Катерина. – Да, зарплата грошовая, только когда я на репетицию прихожу, на меня тридцать пар искренних глаз смотрит. Для них я кумир, богиня!
– Ну, извини! – сбавила обороты Рита. – Но обещай, что подумаешь.
– Обещаю! – Катя улыбнулась и поцеловала подругу в щёку. – Спасибо за доверие.