– Чёрт бы всех побрал! – Шапошников выдал трёхэтажный мат. – Он убирает свидетелей легко и просто и каждый раз впереди нас. Ну что ты смотришь на меня? – Мы же с тобой договорились, что ты обратишься к своему другу! У нас нет другого выхода, и если начнём проверять каждого, кто есть на этих фотографиях, то потеряем кучу времени! Где Рафик?
– Ты же сам его вчера отправил с бумагами разбираться и закрытые дела в архив сдать, – насупился Петрищев. – А одноклассник ждёт нас сегодня в пять, после работы.
– Не сердись, сам понимаешь, что работаем из рук вон плохо, трупы прибавляются у нас под носом, а мы, как слепые, ничего не можем предпринять, – Шапошников сердился, прежде всего, на себя и мысленно обзывал собственную персону самыми плохими словами. – Давай подытожим: Коровин от нас отправился, по всей видимости, домой, собрал чемоданчик и приехал на вокзал. Он испугался, решил прислушаться к нашему совету и рвануть из города. Куда?
– У него в кармане эксперты обнаружили билет на автобус до Нарвы. От Витебского вокзала отходят несколько раз в день.
– Почему именно туда? У него там кто-то есть? По паспорту родом он из посёлка Ореховая горка Ленинградской области.
– Это и есть нарвское направление. На самой границе с Эстонией, так же недалеко посёлок Берёзовка, где живёт мать Вельяминова.
– Похоже, они знали друг друга давно. А где его багаж. Сумка, чемодан, что там у него было?
– Не знаю. Эксперты отдали квитанцию из багажного отделения.
– Значит, Коровин приехал на вокзал, сдал багаж в камеру хранения ручной клади, купил билет на автобус, а сам коротал время и перед отправлением отправился посетить туалет. Его всё время вёл убийца, и только в туалете он улучил момент и расправился с ним.
Они замолчали, глядя друг на друга, потому что догадка, которая их осенила, оказалась просто ужасающей.
– Я понял Серёга, о чём ты думаешь. Кто-то из полицейского управления сообщил убийце, что Коровина выпустили из изолятора.
– Вот именно! – зло проговорил Шапошников. – Никто не знал о том, что мы его выпустим, даже для самого задержанного это оказалось сюрпризом, – полицейский вздохнул обречённо и виновато посмотрел на товарища. – Не обижайся, сам видишь, в каком отвратительном положении мы сейчас. После известия об этом убийстве шеф меня четвертует. И так не ровно дышит, тыкает носом в каждый промах, а здесь помимо Новоскворецкого и Вельяминова уже три трупа сверх плана. Тут любой изойдёт на углекислый газ или на сероводород. Пошли на вокзал, посмотрим, что в камере хранения и снимем копию с камер слежения.
Толстая тётка, которая бдела за багажом, посмотрела на мужчин с подозрением и не торопилась выдавать то, что значилось по номеру в квитанции. Несмотря на многолюдье, у женщины глаз оказался пристрелянный. Наверное, не могла вспомнить двух мужчин, у которых хоть что-то принимала. Пришлось Шапошникову доставать удостоверение и убедительно требовать, чтобы бдительная тётка разрешила забрать багаж. Она под действием корочек великодушно разрешила, и даже вспомнила здорового парня, который оставил сумку из дорогой, похоже, свиной кожи рыжего цвета. Но ничего больше, только то, что он был один. Потом мужчины прошли в служебное помещение железнодорожного вокзала и постучались в дверь комнаты службы безопасности.
У них в запасе имелось немного времени, чтобы заскочить в управление. Рафик сидел за столом, обложившись бумагами. Шапошников с порога закидал его вопросами:
– Ты собрал документы, о которых я тебе говорил? Ты сделал это максимально незаметно?
– Вот смотри, читай, – полицейский протянул бумаги.
Серёга бегло просмотрел листы и что-то пробурчал, потом снова обратился к Рафаэлю:
– Ничего подозрительного не заметил?
– Нет. Всё как всегда. А у вас какие новости?
– Новостей много и все плохие, – Петрищев посмотрел на часы и налил кофе. – Представляешь, когда открыли саквояж Коровина, обомлели – он не взял с собой ничего лишнего, сумку под завязку забил пачками евро. Видно банкам не доверял, деньжищи под матрасом прятал.
– Я навёл о нём справки, – Рафик сегодня исполнял роль бумажного червя и снова достал листки с информацией. – Коровин один сын в семье. Отец русский, мать эстонка. У родителей имеется своя лесопилка, то есть люди не бедные. Семья добропорядочная, родители прививали сыну любовь к спорту, отправили его в спорткомплекс на тяжёлую атлетику. Туда же с Берёзовки приезжал на тренировки Вельяминов. Мать с отцом Коровины уверены, что их сын успешный фитнес инструктор, тренирует богатых и состоятельных людей, о действительном положении вещей, естественно, ничего не знали. Сын хвастался, что скоро на паях с приятелем планирует открыть своё дело.
– Ничего себе! – удивился Шапошников. – Быстро же ты разузнал столько интересного.
– А что ты удивляешься, в Ореховой горке очень дисциплинированный участковый. Интересуется жизнью своей вотчины, тем более семья Коровиных известная в этой местности – водку не пьют, дом добротный, машина дорогая и работники такие же непьющие.