Друг наш, однако, не прекращал обрабатывать своего шефа, подкидывая всё новые аргументы, на сей раз, к пользе государственной, кою можно извлечь из пошлины за регистрацию подобных прожектов. Тем более, что Разумовский, как никто другой знал подлинную картину несметного числа поступающих в Академию Наук прожектов самых различных направлений. От новейшего способа завязывать шнурки на ботинках, до чертежей летающих кораблей. Тут Никита обосновал сразу два плюса для страны и академиков, во-первых, пошлина пойдёт на содержание академии, избавив Кирилу Григорьевича от еженедельных просителей вспомоществования из числа учёных мужей, или, хотя бы, уменьшит их количество. Во-вторых, необходимость уплаты пошлины заметно убавит число прожектов, значит, освободит учёных мужей для более полезных занятий, нежели рассмотрение чужих глупостей. И, судя по уверению нашего друга, граф с такими аргументами, скорее всего, согласится.
— Будет нам патентное бюро, будет, — уверенно говорил Никита перед отъездом в столицу, — да, похоже, гетман прав. В России, кроме прав первооткрывателей, увы, не приносящих дохода, патенты нам ничего не дадут. Надо задуматься о регистрации патентов в Англии, Франции и Голландии, там они смогут приносить какой-никакой доход.
С этим мы согласились, после, однако, регистрации изобретений в России. За это время пообещали набросать список патентов, способных принести прибыль, без убытка для нас и России, естественно. С Никитой, который уезжал таким же стеснённым в средствах, как и приехал, мы договорились связаться через купца Лушникова или его представителей. Первые ружья были на выходе, ближайшие недели должны начаться продажи нашего изобретения. Когда нам удастся собрать рублей пятьсот, как Акинфий Кузьмич обещал выехать в Санкт-Петербург, возможно, с нашими мастерами, чтобы наладить там ружейное производство. Нашему компаньону Никита пришёлся по душе, не последнюю очередь, своим близким знакомством с Разумовским. Акинфий не скрывал своей мечты выбиться в первую гильдию и построить дом в столице. Сотрудничество с нашим другом заметно приближало эту мечту.
Никита, в свою очередь, собирался завести связи среди иностранцев, способных помочь в регистрации изобретений в Европе. Выслушав заверения Лушникова, он решил в ожидании средств подать прошение на строительство ещё одного ружейного завода, неподалёку от Санкт-Петербурга, в преддверии очередной турецкой кампании были шансы решить вопрос быстро и недорого. Купца же он попросил привезти с первой оказией в столицу полсотни ружей в дорогом оформлении, с серебряной насечкой и лакированными прикладами.
— Ребята, подобные подарки не только помогут получить разрешение на завод оружейный, — с опытом здешнего хождения во власть напомнил Никита нам, — чем больше мы подарим наших изделий людям, приближённым к императрице, да и ей самой, тем больше другие придворные и просто пижоны разные, захотят приобрести наши ружья. А к ним потребуются патроны, причём ежемесячно. Вы знаете, сколько раз в месяц Екатерина устраивает охоты? Не реже пяти раз, а в хорошую погоду чаще. Вот так! Даже раздарив полсотни ружей, мы поправим положение на одних патронах за полгода.
— Чуть не забыл, — уже прощаясь с Никитой, выдал Вова, — помните рок-оперу «Юнона и Авось»? Попытайся найти в столице графа Резанова, главного героя оперы. Мне кажется, он сможет стать нашим представителем в Калифорнии, сейчас ему лет двадцать, должно быть. В нашей истории, он на голом энтузиазме сделал довольно много. Если помочь ему, да подсказать поискать в Калифорнии золото, да начать колонизацию раньше, а не через тридцать лет, может выйти очень неплохо. Коли там найдётся золото, вопрос о продаже Калифорнии никогда не встанет перед Россией. Сейчас мизерное количество золота добывают лишь на Урале, даже сибирские прииски не открыты. А мы бы вооружили Резанова, чтобы вопросы с индейцами и испанцами решались проще. Чем чёрт не шутит, сами бы туда сплавали, да Аляску заодно посетили бы. Там-то мне точно известны места, где найдут золото, речки с индейскими названиями, значит, их можно и сейчас найти.
— Володя, чёрт молчаливый, где ты раньше был, — едва не подпрыгнул Никита, — парни, он дело говорит. Если мы привезём в столицу пару пудов золота, благосклонность императрицы всем гарантирована. Тогда мы сможем строить любые заводы на любых землях и снаряжать экспедиции, хоть в Австралию. Да ещё и губернаторское кресло может дать Екатерина, тем более, у чёрта на куличках. Туда ехать желающих не будет.
— Да, да, — мрачно ухмыльнулся Палыч, — у нас денег нет на добрые избы, а мечтаем о мировом господстве. Как говорили герои мультфильма, чтобы привезти два пуда золота, нужно потратить столько же золота на организацию экспедиции.
