Ю р г а н о в. Понято… (Оглядываясь.) Потому в кишлачок этот девахи все красивые и едут?
С т о р о ж - с о ц и о л о г. Не обратил…
Ю р г а н о в. Не последнее дело. Даже в социологии.
С т о р о ж - с о ц и о л о г. С демографической точки зрения…
Ю р г а н о в. Со всех точек зрения, это ты мне поверь! Летели мы тут вместе с одной такой… (Вновь оглядывается.) Пилоты весь рейс около нее паслись, не подступиться было… И как самолет, между прочим, в землю не воткнулся? Очень даже заинтересовал меня этот… выборочный случай! (Увидев, наконец, Веру.) Она! Она самая… (Кивнув сторожу-социологу.) Свидимся!.. (Вере.) Здесь я!.. Вот!..
В е р а. Ошиблись адресом.
Ю р г а н о в. Вы не смущайтесь, если меня дожидаетесь, из поля зрения жизни упустить боитесь…
В е р а. Гуляйте, сказано было.
Ю р г а н о в. Пока летел, от самого Свердловска все мучился: в каком кинофильме мог вас видеть? (Не отставая.) Между прочим, люблю кино!.. Если, конечно, для детей старше шестнадцати. Юрганов Анатолий. Для близких друзей и знакомых — просто Толик. (Протянутая рука Юрганова повисает в воздухе.)
В е р а. С каждым встречным-поперечным не знакомлюсь.
Ю р г а н о в. Я — продольный!
В е р а. А хоть бы и в мелкую клетку с полосками!
М а н т у л о (Ворону, глядя на летное поле). Вещички загрузили, теперь не отстанет… (Бросая сигарету.) Едем… (Махнув Вере.) Едем!..
В е р а (идя за парнями). Железный ваш — вон уже, ага?
М а н т у л о (кивнув). Ну.
В е р а (вглядываясь вдаль). Дома, дома… А палатки? Ну… палаточки?
В о р о н. Живем мы в девятиэтажном.
В е р а (тише). Это самое… Буран трое суток был, палатки снегом занесло, танками только пробивались, спасали… Сама читала!
М а н т у л о (строго). Зачем прибыла?
В е р а. Учиться закусывать!
Ю р г а н о в (Вере, протягивая помидор). Пригодится?
В е р а. Не исключено! (Взяв помидор, идет за Мантуло и Вороном.)
Ю р г а н о в (не отставая от Веры). А насчет палаточки — гарантирую персональную. В смысле, на две персоны…
В е р а уходит за М а н т у л о и В о р о н о м.
Эти теперь уведут? В жизни себе не прощу, такой стебелек!..
Вновь появляется Д е в у ш к а, которая улетает; затем двое п а р н е й в дубленках.
П е р в а я д у б л е н к а. Это ж наша Тома скучает?
Д е в у ш к а. Я не ваша Тома. (Подумав.) Лара я.
В т о р а я д у б л е н к а. Не узнал, валенок сибирский? (Девушке.) Наша Лара и — скучает?
Первая дубленка обламывает несколько веток с миниатюрной березки и «букетом» преподносит Девушке.
П е р в а я д у б л е н к а. Чтоб наши девушки и скучали?
Ю р г а н о в. Слушай, ты что творишь, а?
В т о р а я д у б л е н к а (тихонечко). Друг, на кого волну катишь? На кого породу сыплешь?
П е р в а я д у б л е н к а (Девушке). Лара, вы нас извините, конечно, и простите… (Юрганову.) Еще два слова — и пойдешь дальше на ощупь. (Тускло блеснуло в его руке.)
В е р а (вбегая). Вы чего это вынимаете — показываете?! (Ободряюще махнув Юрганову.) Вы чего это ему…
Ю р г а н о в (удерживая Веру). Не скачи, нос отрежут, и так курносая…
В е р а. А еще пишут, что вывели наконец шпану на героических исторических стройках! (Вырываясь от Юрганова.) Да пусти же, я им выскажу сейчас свою точку!
В т о р а я д у б л е н к а (добродушно). Какая такая «шпана»? С экскаваторов карьерных машинисты мы. Первого класса…
П е р в а я д у б л е н к а. …рабочий класс! (Вынимает тем же жестом вновь тускло блеснувшую зажигалку-кинжальчик, эффектно закуривает.) И чего народ волнуется? Нервная клетка — не восстанавливается. Академик Павлов.
Первая дубленка обламывает оставшиеся ветви у березки, преподносит Вере.
П е р в а я д у б л е н к а. Это ж наша Алла волнуется!
В е р а. Вера я!
В т о р а я д у б л е н к а. И опять не узнал, валенок сибирский?..
В е р а. Узнаешь сейчас! (Выхватывает «букет», с размаху хлестанула Первую дубленку.) Вот! (Закрыв глаза.) Вот…
Ю р г а н о в (прикрывая Веру). Беги!
Появляется М и л и ц и о н е р; козыряет Первой дубленке.
М и л и ц и о н е р (корректно). Документы попрошу.
