– Знаю, – скривил губы Марат. – Герой войны…
– Герой, – кивнул Еремеич. – Ему «Героя России» вот-вот должны дать…
– А ты ничего не путаешь? Может, его к «Герою Ичкерии» представили? Он чеченцам здорово помогал… Этот гад моего друга убил. И передай ему, если он и на Ирину, на жену его, позарится, ему не жить… Смотри, Еремеич, я ведь не шучу. Если с Ириной что-то случится, я вам такое устрою, чего и «чехам» не пожелаю. Вопросы?
– Ну, в общем-то, вопросов нет.
– Тогда пошел отсюда. И мой тебе совет: сделай так, чтобы я как можно скорей забыл о твоем существовании…
Еремеич убрался. А Марат отправился домой к Ирине. Там он отпустил восвояси архаровцев Еремеича. Пусть убираются. Они уже не опасны.
Марат почему-то был уверен в том, что «глистные деятели» отвяжутся от Ирины. Механизм следствия запущен, и уже совсем неважно, заберет она свои слова обратно или нет. А наказывать ее из желания отомстить – это глупо. Тем более что за Ирину есть кому спросить… Перебесится «глистное начальство» и успокоится.
На Егора Булыгина страшно было смотреть. В глазах свирепая злоба, и сам он – воплощение нечеловеческой жестокости. И его дружки ему под стать. Злые, беспощадные. И еще мнят себя поборниками справедливости.
«Ну ты и сука, Юрашка! – прорычал Егор».
«А кто разрешал тебе анашу в школу приносить? – взвизгнул Юрий».
«А ты кто такой, чтобы мне указывать?.. Стукач ты! Гнида позорная!»
«Егор, да чего с ним базарить! Он на всех стучит! Гасить его надо!»
Егор размахнулся и съездил Юрию кулаком по зубам. Но это было всего лишь начало. Когда круги перед глазами рассеялись, он увидел перед собой человека в военном камуфляже. Капитан Крушилин… Он схватил юного Юру за шкирку, затащил в кабинку школьного туалета и ткнул его лицом в унитаз. В нос ударил резкий зловонный запах, от которого он… проснулся.
Это был всего лишь сон. Кошмарное видение из прошлого.
Юрий Демьянович перевел дух. Попытался уснуть, но ничего не выходило. В конце концов он поднялся с постели и направился в холл к домашнему кинотеатру. В одних трусах плюхнулся в кожаное кресло, включил плазменную панель. Снял со столика пачку сигарет, закурил. Но дым не смог прогнать скребущих на душе кошек.
В школе он был юным барабанщиком. Стучал налево и направо, закладывал всех и вся. За что пользовался расположением директора, но был не раз бит одноклассниками. А однажды его в самом деле сунули головой в очко. Тот же Егор постарался.
Потом было военное училище, где курсант Суходол вспомнил былое и стал штатным стукачом начальника особого отдела. За что по окончании училища был направлен в Московский военный округ, в элитную общевойсковую дивизию в непосредственной близости от столицы. Он продолжал свою агентурную деятельность и там. Зато всего лишь через год с начала службы был назначен командиром роты. В лейтенантах он ходил один год, в старших – два. Всего три года понадобилось ему, чтобы стать капитаном.
Он продолжал стучать и в должности командира роты. Но при этом прекрасно понимал, что на добровольном сотрудничестве с особыми органами далеко не уедешь. А у командира дивизии дочь на выданье – страшненькая, толстенькая, но добрая девушка Зоя. Папа только что генерал-майором стал, а его уже на заместителя командующего армией выдвигают. Через несколько лет сам армией командовать будет, а там и округ, генеральный штаб… Словом, Юрий не растерялся и легко завоевал расположение наивной Зои. А там за пирок да за свадебку. Так у него появился тесть-генерал.
Почему сын генерала не может стать маршалом? Потому что у маршалов свои сыновья. По той же причине простые смертные офицеры не могли подняться выше полковника. Ведь и у генералов есть сыновья. И зятья.
В любом правиле есть исключения. Находились генералы, которых в генералы выводили собственные, а не чьи-то заслуги. Но Юра Суходол не мог стать таким исключением, потому как не блистал военной выучкой. Он ничего не умел, кроме как пускать начальству пыль в глаза. Но с учетом тестя-генерала этого хватило, чтобы он в двадцать семь лет принял под свое командование батальон, а в тридцать два года – целый полк. В тридцать шесть лет он был назначен командиром дивизии. Он и с батальоном не справлялся, а тут целая дивизия. Ему хватило одного года, чтобы соединение признали небоеспособным. Вовремя вмешался тесть, и Юрия Демьяновича перевели в Германию, в штаб Западной группировки. Правда, перевели с понижением. На полковничью должность в тыловое управление ГСВГ. Хотя он всегда был командником. По образованию. Но не по духу. Зато по тыловой части у него имелись кое-какие заслуги – встретить комиссию, накормить, напоить, баньку с девочками организовать. Вот здесь ему не было равных. Поэтому и направили его в службу тыла.
