После завтрака Маша засобиралась домой. На своей почте она уже давно не работает. Опять же, благодаря ей. Олеся взяла ее на содержание. У нее же вроде как свой бизнес есть. Олеся – босс, а Маша – секретарша… Неужели ей не нравится такая жизнь?
– Тебя подвезти? Мне все равно в магазин нужно…
– Подвези…
Олеся собралась, выгнала из гаража машину. Вместе с Машей выехала со двора, закрыла ворота и поехала по улице.
– Ой! – ойкнула Маша. – Марат!
Олеся глянула в зеркала заднего вида. Никого.
– Где ты его увидела?
– Он там, за деревьями стоял. Я его видела…
– Оттуда он знает, где я живу?
– Он же разведчик, он мог выследить.
– Ага, разведчик. И засаду возле моего дома устроил… Может, он видел, чем мы с тобой ночью занимались?
– Прошу тебя, не надо.
– Что не надо?
– Напоминать мне, что было ночью.
– А тебе что, стыдно?.. А мне не стыдно. Что естественно, то не безобразно…
– Не естественно.
– Только не надо мораль разводить, ладно?
С Машей они расстались на минорной ноте.
Олеся ждала ее вечером, но она не пришла. Зато позвонил Марат.
– Ну вы и суки! – злобно прохрипел он и повесил трубку.
Олеся не была уверена, что это был его голос. Но больше некому.
Как он вычислил ее телефонный номер?.. Но если он знает ее адрес, то и номер телефона можно при желании выяснить. А желание у него должно было быть…
Маша так и не появилась. Олесе пришлось коротать ночь в одиночестве.
А под вечер следующего дня в дом вломились менты из местного уголовного розыска.
– Чем обязана? – внутренне всполошилась Олеся.
Но внешне осталась спокойна.
– Несколько вопросов, – хмуро посмотрел на нее конопатый капитан с прической а ля Незнайка.
– По поводу?
– Повод есть. Шевчук Марию Алексеевну знаете?
– Машу? – забеспокоилась Олеся. – Знаю.
– Как давно вы виделись с ней?
– Со вчерашнего дня с ней не виделась, а что случилось?
– Когда конкретно вы видели ее в последний раз? Мне нужно знать точное время.
– Я подвезла ее к дому в районе одиннадцати часов.
– Ночи?
– Нет, утра… Что с Машей?
– Видите ли, в чем дело… – замялся капитан. – Тут такое дело…
– Нет больше Маши, – ответил за него напарник. – Погибла она…
– Как погибла?!
Перед глазами у Олеси все поплыло, в ушах загудели церковные колокола.
– Э-эй, вам плохо? – забеспокоился мент.
Если он наблюдал за ее реакцией на трагическое известие, то Олеся в его глазах должна была заработать положительный бонус. Ее потрясение и боль утраты были настоящими… Она не играла роль. Ей в самом деле было больно.
– Да, что-то нехорошо…
– Насколько нам известно, Маша жила у вас.
– Жила? У меня?.. А-а, ну иногда оставалась у меня на ночь. Мы с ней подруги. Очень близкие подруги…
– Понятно, – не сдержал саркастической ухмылки капитан.
Кто-то накапал ему, насколько близки были Олеся и Маша.
– Ничего вам не понятно… В сентябре погиб мой жених. Мне было очень плохо, я страдала. А тут Маша… Знали бы вы, как я нуждалась в поддержке со стороны…
– Это все понятно… А про вашего жениха мы знаем. Он утонул, да?
– Утонул.
– А может, ему помогли утонуть?
– Как это помогли? Он был один в море.
– А если нет… Может, кто-то за ногу его дернул да на дно потянул…
– Да, я знаю, есть убийцы, которые работают в аквалангах. Но кому понадобилось убивать Кирилла? Он же совершенно безобидный…
– Ну, вы это, не берите в голову. Это я так, на всякий случай спросил…
– А можно я спрошу? Как погибла Маша? Где, когда?
– Ночью. Шла по улице домой… Что там было, мы, к сожалению, не знаем. Но сегодня утром ее нашли мертвой, с ножом в сердце…
– Нож в сердце остался?
– В том-то и дело… Удар профессиональный. Смерть мгновенная, и ни одной кровинки не пролилось…
Уж не Марат ли это ее убил?.. Ведь Маша говорила, что у него пуля в голове… А этот вчерашний звонок на ее телефон. Узнал мужик, что Маша изменяет ему с Олесей, и решил ей отомстить. Мотив налицо. А профессиональный удар… Марат спецназовец, воевал в Чечне. Наверняка холодным оружием он владеет мастерски.
– Вы кого-то подозреваете? – вывел ее из раздумья голос оперативника.
– А-а… Нет, никого… Никого не подозреваю… – мотнула головой Олеся.
Ну уж нет, с Маратом она разберется сама. Этот гад ей за все ответит… Все, закончилась ее спокойная жизнь. Не хочет больше душа покоя. Не пора ли вспомнить, чем она зарабатывала на жизнь в прошлом?
Менты еще какое-то время ходили вокруг да около, загрузили ее ворохом наводящих вопросов. Но ничего не добились. Убрались восвояси.
Недолго думая, Олеся закрылась на кухне. В баре у нее ждала своего часа бутылка виски – не самого качественного разлива, но ей сейчас было все равно, что пить – хоть самогон, лишь бы затушить душевный пожар.
Она в одиночку ополовинила бутылку. Принялась за вторую половину, но появился Фадей. Как всегда, при параде – расфуфыренный, с цветами. Бутылку он с собой не прихватил. Значит, взял кое-что покруче… Олеся поняла, что не отказалась бы сейчас прокатиться на «паровозе».
Она впустила гостя в дом, посадила его на стул за стойкой бара, наполнила бокалы на два пальца.
– Ну, дорогуша, за твое здоровье!
Фадей попытался чокнуться с ней бокалами. Но Олеся не позволила.
