Здание, куда мы приехали, было трехэтажным и очень строгим на вид. Сразу стало понятно, что это военное ведомство. Киршин ждал меня на улице и даже помог спуститься, первым делом забрав у меня клетку с Хель, после чего подал руку. Его забота была неожиданна и приятна, но я постаралась сосредоточиться на деле, а не думать о том, как тепла и тверда его рука.
– Идем, нас уже ждут. Не хочешь оставить Хьюго снаружи? Внутри тебе ничего не угрожает.
– Мне немного беспокойно, – неохотно призналась, при этом глядя в сторону. – Но если вы настаиваете…
– Как сама хочешь? – перебил меня Киршин.
– Вместе.
– Хорошо, идем.
Шеф открыл дверь и пропустил меня вперед, вполголоса уточнив, что нам на второй этаж. Внутри здание выглядело так же строго, как и снаружи: окрашенные светло-зеленой краской стены, белые потолки и темно-коричневый паркет. В центре небольшой открытый холл с дежурным в форме, рядом с ним широкая лестница, направо и налево коридоры с многочисленными дверями.
Мы поднялись по лестнице, свернули по указке Киршина направо и вошли в кабинет с табличкой, на которой я успела прочитать лишь фамилию Мюррей.
Внутри, как я уже догадалась, нас встретил граф. Кабинет оказался довольно большим и просторным, не заставленным мебелью. В основном все в светлых тонах, лишь огромный стол, за которым сидел хозяин кабинета, выделялся темным пятном. Кроме графа, в кабинете находились еще двое незнакомых мне мужчин, оба в темно-серой форме. Господин Мюррей тоже был в кителе, но в знаках отличий высших чинов я не разбиралась, поэтому не смогла сразу определить его звание. Но наверняка высокое.
– Мисс Дарх, добрый вечер. – Граф заговорил первым и ни взглядом, ни тоном не дал понять, что мой визит в компании с кучей питомцев его тяготит. – До нас дошла информация, что вы обладаете сведениями государственной важности. Присаживайтесь. Чай, кофе, воды?
– Нет, спасибо.
Я занервничала еще больше, особенно когда поймала на себе откровенно заинтересованный взгляд одного из молодых сотрудников. Он чем-то неуловимо напоминал самого Мюррея, но выглядел лет на двадцать семь и имел более мягкие черты лица, голубые глаза и светло-русые волосы. Второй был на пару лет постарше и брюнетом, а смотрел скорее с настороженностью и тщательно скрываемым удивлением.
Несмотря на охватившее меня напряжение, я все же сумела взять себя в руки и коротко обрисовала ситуацию. Мюррей согласился, что информация действительно достойна внимания.
– Мисс Дарх, вы не могли бы прямо сейчас повторно расспросить Хельтруду? Нам необходимо знать как можно больше подробностей, чтобы засечь точку прорыва.
– Да, я постараюсь. – Сосредоточенно кивнула и попросила: – У вас в учреждении есть буфет? Хель очень сильно нервничает, а от нервов бесам очень помогают сладости и выпечка.
– Сделаем. Алекс, займись. – Граф отослал одного из сотрудников (который помладше) в буфет, а я занялась бесовкой.
Все это время, пока я рассказывала, самочка внимательно ко всему прислушивалась, но когда поняла, что сейчас ей придется вспоминать те ужасные подробности, о которых она так хочет забыть, то снова нахохлилась и забилась в самый дальний угол.
Первым делом я взяла ее в руки. Немного опасалась возможной агрессии, ведь я сейчас без перчаток, но от своей непредусмотрительности я расстроюсь позже, сейчас же необходимо действовать.
– Хель, не замыкайся в себе. Господин Мюррей интересуется произошедшим не из-за праздного любопытства. Пойми, те демоны очень опасны, и если ты сейчас нам не поможешь, то они убьют еще очень многих. Нам необходимо понять, когда и где именно произошел прорыв, чтобы воины нашего государства предотвратили новые ужасы, которые несут с собой демоны Бездны. Пожалуйста, помоги.
– Хорошо, – неохотно пискнула Хель. – Спрашивай.
Я бросила вопросительный взгляд на графа и по его подсказке начала задавать правильные вопросы. Как давно это произошло? Как много их было? Говорили ли они о своих планах? Далеко ли от того места, где ее поймал ловчий? И много-много других вопросов.
Хельтруда вздрагивала, когда приходилось напрягать память, нервничала и радостно отвлекалась на принесенные из буфета вафли, но в конце концов не выдержала и на вопросе, были ли в группе только демоны-воины или еще какие-либо монстры, в ужасе зажмурилась и выпустила шипы.
Хмыс!
Я держала бесовку в ладонях, изредка подпитывая магией, чтобы успокоить и настроить на нужный лад, так что сейчас больше десятка тонких и невероятно острых игл впились в мои руки.
– Селин!
Киршин аж с места подскочил, но я отрицательно качнула головой.
– Все в порядке. Она не специально. Не делайте резких движений, не пугайте девочку. У нее стресс. – Я говорила тихо, а сама вливала в Хель магию, но слегка иначе. Производила ту самую привязку на крови, но пока одностороннюю. Давала понять, что со своей стороны испытываю к ней лишь самые дружеские намерения и, если понадобится, защищу от целого мира. – Хельтруда, успокойся. Если тебе больно вспоминать, то не надо. Все плохое позади, ты жива, и тебе ничего не угрожает. Убери шипы, мне больно.
