— Как правильно вы говорите, товарищ N 2. Ваши слова запали мне в сердце. — Восхитился товарищ N 69, — Я немедленно, по завершении вечернего туалета, займусь созданием инициативной группы по разработке вашего в высшей степени ценного предложения.
Товарищи разошлись.
Сказано — сделано. Через четверть часа товарищ N 69 создал инициативную группу из товарищей N 13, N 44 и N 66. Почему именно они вошли в инициативную группу по подготовке концерта самодеятельности? Потому, что они попались товарищу N 69 навстречу, когда он шёл из мест общего пользования. Товарищ N 69 обращался к ним с предложением войти в инициативную группу по подготовке концерта художественной самодеятельности, и они соглашались, ибо не могли не согласиться по причине своей отзывчивости на любое новое полезное дело.
Первым делом группа обратилась к товарищу N 1 с просьбой перенести отбой на два часа позже для того, чтобы члены группы могли оповестить жителей барака о том, что завтра в рамках вечера отдыха планируется провести концерт художественной самодеятельности, и чтобы все желающие принять в нём участие готовили номер.
Принять участие захотят все, поэтому вторым делом группы было обращение к товарищу N 1 с просьбой назначить подъём на три часа раньше, а самому вместе с ещё парой-тройкой товарищей войти в отборочную комиссию номеров концерта, и провести отбор в эти три часа.
— А как 8 часов на сон? Что скажет медицина! — хитро прищурился товарищ N 1, выслушав обращения инициативной группы.
— Так то ж выходной! — хором воскликнули члены группы, — самодеятельностью заниматься не мешки ворочать, в будни отоспимся.
— Ну, смотрите! — улыбнулся товарищ N 1, — Увижу кого зевающего на политзанятиях или при исполнении…
— Знамо дело, знамо дело… — загомонили члены и помчались готовить концерт художественной самодеятельности.
— С твоей подачи кутерьма завертелась? — спросил товарищ N 1 товарища N 2.
Товарищ N 2 пришла к товарищу N 1 в гости: поговорить со старшим товарищем за жизнь, набраться опыта, впитать в себя его идейную наполненность, приобщиться к напряжённой духовной жизни, чтобы крепче держать знамя, равнение, печатать шаг, стремиться к цели.
— Ага, а чего…
— Есть в этом что-то легковесное.
— Почему?
— Мы же барак N 1, на нас лежит ответственность за всю…
— Что ж, раз мы отвечаем за всё, нам и развлечься нельзя!
— Эх, молодость, молодость… Тебе бы всё развлекаться! Костры жечь, по реке сплавляться, по азимуту ходить, а ведь ты уже товарищ N 2! Скоро, скоро уже мы старые революционеры уйдём, и ты, и такие как ты примете эстафету строительства нового мира. Посерьёзней надо быть.
— Я серьёзна, но вот, что я думаю товарищ N 1. Среди всеобщей борьбы и труда должно быть место и доброй шутке, и весёлой песне и зажигательному танцу, и замысловатому фокусу…
— Да, ведь мы такими родились на свете…
— И ни за что, и никогда.
— Дерзайте, дерзайте, товарищи!
— Спасибо, товарищ N 1.
— Спасибо тебе, товарищ N 2.
Была настоящая глухая ночь, но барак N 1 не спал. Его обитатели толпились в коридоре, шлифуя последние детали своих номеров. Никто не хотел удариться лицом в грязь перед отборочной комиссией, тем более, что в её состав входил товарищ N 1.
Отборочная комиссия сидела в столовой, на лавке, за одним из обеденных столов. Прочие столы и лавки были сдвинуты к стенам, чтобы освободить место для артистов.
Товарищ N 1 переглянулся с другими членами отборочной комиссии — товарищами N 2 и N 3, те уже сидели, вооружившись карандашами и чистыми листами бумаги.
— Начнём! — провозгласил товарищ N 1.
— Понял! — воскликнул товарищ N 69 и объявил первых артистов, — Весёлые акробаты!
В столовую вошли на руках товарищи N 21, 22, 23 и 24.
— Ура! — захлопала в ладоши товарищ N 2, — Акробаты приехали!
Другие артисты читали с выражением стихи собственного сочинения о счастье жить в бараке N 1, третьи артисты представляли фокусы с исчезновением ложек и вилок, четвёртые изображали дрессировщиков с хищными зверями, пятые пели хором. Плохих номеров не было. Отборочная комиссия решила, что все достойны участвовать в концерте художественной самодеятельности, и это правильно — коллектив огромная сила, и все члены коллектива должны делать всё, пусть что-то у кого-то не получается пока, главное участие, и взаимовыручка.
Товарищ N 1 был так увлечён мероприятием, что сам вышел из-за стола и сказал:
— Сейчас спою!
— Подыграть, вам, подыграть, товарищ N 1! — забеспокоился товарищ N 69.
— Надо бы. — Сказал товарищ N 1 и открыл рот.
И тут выяснилось одно не очень приятное обстоятельство. Оказалось, что в бараке N 1 никто не умеет играть на музыкальных инструментах.
— Сами-то инструменты есть? — недовольно спросил товарищ N 1.
— Нет. — Развёл руками товарищ N 69.
— Что ж это за концерт художественной самодеятельности без музыки! — строго сказала товарищ N 2.
— Что это глупость или предательство! — сказал товарищ N 3, выходя из-за стола.
— Есть, есть инструмент! — раздался громкий крик.
— Где? Кто это? Покажись! — стал оглядываться товарищ N 1.
