… – Все будет хорошо, детка, я это знаю, все будет хорошо… – процитировал одну реперскую песню Андрей, – Еще раз за тебя! Выпив, Андрей закусил салатом и с умоляющим взглядом обратился к Ларисе: – Я выйду, покурю? Уж больно курить охота. – Конечно, об чем вопрос, сходи! – вытирая рот салфеткой, ответила Лариса, – Только вот, что я хотела сказать, – продолжила она, вставая с Андреем лицом к лицу (это, конечно, грубо сказано, ее лицо было на уровне плеч Андрея)…
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Стоял жаркий летний день. Вокзал жил своей повседневной сутолочной жизнью, принимая и отправляя поезда с пассажирами и товарняки. Длинные механические «змеи» поездов расползались по всем направлениям.
Диспетчер по громкой связи сообщила, что поезд «Москва-Nск» отправляется с первого пути, через двадцать минут.
Андрей пришел в купе первый, попутчиков у него еще не было, переодевшись в спортивный костюм, он вышел на перрон, достал сигаретку, закурил. Вокруг сновали пассажиры и провожающие, толкая друг друга, пытаясь попасть на уже почти отбывающий поезд.
Андрей сделал глубокую затяжку и посмотрел на проводницу, у которой поднимающаяся в вагон грузная тетка своим чемоданом выбила из рук, чей-то паспорт. Проводнице пришлось присесть, чтоб поднять его. И без того узкая юбка натянулась, обтягивая округлые формы бедер проводницы и Андрею показалось, что вот, вот юбка лопнет. Но юбка выдержала, предательски проявив черты резинок колготок и стрингов.
Проводница, была среднего роста, со стройной для своих 35—38 лет фигурой, синяя жилетка подчеркивала ее талию и округлости ее пышной груди. Белая блузка, под воздействием объектов созерцания многих мужчин, расходилась между пуговиц, и сквозь видимую прореху можно было видеть пышность ее прелестей. Почувствовав на себе взгляд Андрея, она на мгновение оторвалась от проверки проездных документов очередного пассажира и как бы, между прочим, сказала: «Поторапливаемся, поезд через десять минут отходит», бросив в сторону Андрея вопросительный взгляд, приподняв бровь, получив улыбку от Андрея в ответ, продолжила контроль входящих пассажиров.
Когда последний пассажир уже поднялся в вагон, проводница, обратившись к Андрею, спросила: «Так и будем стоять, глазки строить, или уже в вагон зайдешь?». Андрей, кинув окурок в урну, быстро заскочил в вагон. Проводница опустила порог, выглянула в еще раскрытую створку дверей, и подняла желтый свернутый флажок. Из ретрансляторов заиграла музыка и поезд, стукнув автосцепками, тронулся в свой путь.
По вагонам продолжалась мышиная возня, кто переодевался, кто накрывал на стол, а некоторые отправились в тамбур, покурить на дорожку.
Открыв дверь своего купе, Андрей обнаружил двух своих попутчиков, вернее попутчика и попутчицу – женщину, лет 35-ти, и молодого парня лет 16-ти. Что-то подсказывало Андрею, что это мать и сын.
Женщина была очень стройная, многие двадцатилетние кокетки бы ей позавидовали. Пышная копна соломенных волос обрамляло гладкое личико с ярко выраженными глазами с густыми длинными ресницами, карие глаза пленили своей загадочной глубиной, ее тонкий нос чуть заостренный на конце, подчеркивал ее аристократичную натуру, ярко накрашенные губы манили к себе своей чувственностью. Нежная тонкая шея плавно уходила под красную, слегка просвечивающуюся блузку, под которой просматривался чуть темнее цвета блузки кружевной бюстгальтер. Ткань бюстгальтера покрывала две трети груди (размера третьего). Блузка имела декольте, и верхняя часть груди чарующе была оголена. Ее упругие бедра были обтянуты в черную юбку – карандаш, которая не доходила до колен сантиметров десять, а на ногах у нее были ярко красные лаковые туфли на тонком каблуке – шпильке.
Женщина, чуть наклонившись, что-то искала в чемодане, а молодой человек с густой волнистой шевелюрой, одетый в черную майку с изображенным на ней черепом, и плотно сидящих на нем потертых, местами порванных, джинсах, отречено смотрел в окно и слушал музыку в наушниках. Из наушников можно было услышать визжащие гитары и безумный бой барабанов. «Похоже на рок» – подумал Андрей.
Вся эта картина была на фоне проплывающего в окне мимо, перрона вокзала.
– О, у нас есть попутчик?! – улыбнувшись, сказала женщина, обращаясь к молодому парню у окна, смотря на вошедшего Андрея из полусогнутого положения. Парень бросил безразличный взгляд на вошедшего попутчика, и вновь отвернулся к окну.
– Извините – опять улыбнувшись своей обезоруживающей улыбкой, обратилась женщина к Андрею, – вы бы не могли бы подождать немного за дверью, я хочу переодеться в более подходящее к этому (она сделала круговое движение рукой, как бы показывая на все купе) месту одеяние?!
– Да, да, конечно, без проблем – ответил, вышедший из окаменения от ее чар Андрей, и отправился в тамбур, покурить.
Колеса ритмично стучали на стыках рельс и Москва с ее нескончаемой суетой, уносилась, вдаль. В тамбуре возле одной входной двери уже курили двое разновозрастных мужчин одетых в «поездные костюмы», состоящие из маек и трико, а так же две женщины одетые в халаты. Они о чем-то бурно спорили, «Видимо они из одной компании» – подумал Андрей и, подойдя к противоположной двери тамбура, безучастно отвернулся к окну.
Минут через пять в тамбур вошел «курчавый», так для себя определил своего соседа по купе Андрей. Оценив обстановку, «курчавый» подошел нехотя к двери тамбура, где курил Андрей, и попросил прикурить.
