— Все будет в порядке, — успокоил я ее. — Вы ведь стойкий воин и не раскиснете от такого пустяка. Отдохните минутку, пока я разыщу в мешке одну мазь, как раз и приготовленную для подобных случаев. Можете даже подремать.
— Спасибо, Алекс, — эльфийка тепло улыбнулась, — вы действительно хороший друг.
«И только? — несколько огорченно подумал я. — Ну да еще не вечер, милая госпожа». Между тем быстро светало, и даже без помощи факела мазь скоро нашлась. Лошади, находившиеся в этой же комнате, немного нервничали, но все-таки не настолько, чтобы удариться в панику. По пути ободряюще похлопав их теплые, шелковистые морды, я, не теряя времени, подошел к Арнувиэль и занялся ее коленом. Боже правый! Даже я, бабник из бабников, никогда ранее не то что не дотрагивался, но и попросту не видел таких стройных, изящных и нежных ножек. Конечно, я изо всех сил постарался скрыть предательское волнение, хотя вряд ли это полностью удалось. Уж больно проницательна была сия эльфийская госпожа.
— Готово! — наконец решил я, хорошенько втерев мазь в ушибленное место и туго перевязав его бинтом. — Через пару дней запросто танцевать сможете. Гарантирую.
Отказавшись от помощи, компаньонка, держась за стену, самостоятельно встала. Перекусив на скорую руку, мы вывели лошадей, и тут уж эльфийке без моей поддержки было не обойтись. Осторожно; словно драгоценную хрустальную вазу, я поднял ее и посадил в седло, потом вскочил сам, и мы вновь двинулись по старой, ведущей на запад дороге. Правда, уже через минуту я вспомнил одну вещь и, резко осадив Дублона, извинился:
— Простите, госпожа; придется немножко подождать, — а сам тем временем, порывшись в самом большом мешке, нашел то, что искал, — пакет с одурей-травой. Тщательно натерев ею копыта наших лошадей, я махнул рукой — поехали, мол.
— Что за дрянью вы измарали Иль-Чару, Алекс? — не стерпев, спросила эльфийка, при этом наморщив очаровательный носик. — Странный и отвратительный запах.
— Для вас, госпожа, — я довольно ухмыльнулся. — А вот оборотни очень его любят. Для них эта редчайшая травка, словно мощный наркотик. Ночью-то остатки стаи соберутся вновь, чтобы идти по нашему следу и отомстить, да не тут-то было, обнюхаются одурей-травы, глядишь, до смерти передерутся. Ну а коли нет, то все одно в эту ночь они нам не противники.
— Гм, неплохо придумано, — одобрила эльфийка.
Изредка перебрасываясь малозначительными замечаниями, мы через час-полтора добрались до полноводной Виски, реки, текущей с Покинутых Земель. И без особого труда переправились, держась за хвосты своих лошадей. Правда, перед этим нам обоим пришлось раздеться почти полностью, и потому эльфийка настояла на плавании позади меня. Уже на другом берегу, вытираясь сухим полотенцем, она не преминула предупредить:
— Алекс, если вы поддадитесь своей извращенной натуре и обернетесь, я всажу в вас стрелу.
— Неужели найдется такой дурак, что возьмет тебя замуж, змея? — себе под нос пробормотал я…
— Что вы сказали? — насторожилась эльфийка. — А ну-ка повторите.
— Вода холодная, говорю, — в ответ огрызнулся я. — А вы уж слишком долго третесь единственным полотенцем. Замерзнуть можно.
— А! — эльфийка, уже одетая, накинула на меня сзади длинное полотно. — Вот уж не думала, что вы такой неженка.
Постепенно ландшафт стал меняться: рощи, перелески уступали место травянистой равнине. А это означало, что до Костяного Поля рукой подать.
— Отчего такое название? — услышав, нахмурилась компаньонка: — Не слишком-то хорошее, а?
— Раньше, еще до поглощения этих краев Ничейными Землями, там была богатейшая житница этих мест. Но потом… — я невольно вздохнул. Одичавшие просторы усеяли белые кости, следы бесчисленных схваток людей с нечистью.
— Расскажите про Маленького Джона, — вдруг неожиданно перевела разговор на другое Арнувиэль. — Он был вашим лучшим другом?
— Почему был? — удивился я. — Малыш Джонни и сейчас является им. И Нэд Паладин мой друг, пускай он теперь и мертвый. В моем сердце для них всегда есть место. По крайней мере, пока я жив.
Эльфийке стало немного неловко, но все же, с минуту помолчав, она спросила:
— Интересно, а как настоящий великан попал служить на Границу?
— Очень просто, госпожа. А как попал туда ваш братец? Или, скажем, гномы с Оружейных Гор, которых в Обреченном Форте больше двадцати? И которых я тоже могу причислить к своим друзьям, ибо они все славные ребята. На Границе, госпожа, никого не интересует, какой ты расы или национальности, главное, чтобы ты был стоящей личностью, ну я про надежность, отвагу и все такое прочее. А с Джоном мы появились на Западных Рубежах одновременно. Встретились зелеными юнцами на одном из трактов, ведущих к Границе. Мой будущий приятель повздорил с папашей, решившим его женить, и, не будь дураком, слинял из дому.
— Вы тоже рванули от невесты? — не смогла удержаться от шпильки эльфийка. — Признавайтесь, дамский обманщик!
— Вот уж нет, — искренне возмутился я. — Старый Бэн, научив меня всему; вооружив и обмундировав как следует; отправил на службу для закалки. По крайней мере, так он тогда выразился.
