Взяв меч в обе руки, я разбежался и нанёс рубящий удар по диагонали. Удар вспорол шкуру волка, оставляя внушительную красную полосу на теле волка. Волк истошно взвыл и пришёл в ярость. Освободившись от заклинания, он попытался наброситься на меня, но я успел вовремя отскочить в сторону.
Развернувшись, я выставил меч перед собой. Волк повторил прыжок, но безуспешно, хотя избегать прыжка я не стал. Налетев телом на меч, тот брыкался некоторое время, а после, потеряв всю энергию, просто ослаб и свалился на землю.
Поднявшись на ноги, я заметил, что меч так и остался торчать в туше зверя. Схватившись за рукоять и потянув на себя изо всех сил, меч вышел с поразительной лёгкостью, возможно, благодаря своей форме, сужающейся к концу или отличной полировке.
Развернувшись от волка, я начал осматриваться по сторонам.
Всё было окончено. Кто-то складывал оружие в ножны, а кто-то пока только очищал лезвие. Решив последовать примеру других, я вытер лезвие меча о шерсть волка, оставшуюся грязь вытер тряпкой. И, наконец, повесил меч на пояс. Далее зашагал в сторону своей группы.
Когда все собрались вокруг капитана, он заговорил.
— Вышло не так, как я рассчитывал изначально, но вполне нормально. К сожалению, здесь не все волки, что были в отчёте. Придётся выслеживать оставшихся четверых. Альфред, будь внимательнее в следующий раз. Не спи и следи за ситуацией. Положение было не критичным, но в следующий раз тебе так не повезёт. И держись поближе к Олафу, вы с ним партнёры до конца нашего небольшого путешествия. Олаф довольно опытный боец, и не стоит списывать его со счетов, только потому, что он стар. Верно, старина?
— Хватит говорить, о том, что я старик. Я ещё довольно молод и могу дать фору таким желторотикам как ты.
— А я уж думал, ты язык проглотил, всё молчишь да ничего не говоришь.
— Куда мне старому лезть в дела молодёжи?
— Ха. То есть называть себя старым можно, а другим нет? И как это работает?
— Смотря как посмотреть. Но давай не будем об этом. Альфред, верно? Буду рад вашей компании на сегодня.
— Взаимно.
— Раз со всем разобрались давайте продолжим охоту на волков. А после устроим привал.
Все согласно закивали головами и последовали за капитаном. Нагнувшись над травой и внимательно всмотревшись в неё, Алан, кажется, определил направление, по которому шли волки, надел рюкзак, повесил меч и пошёл в выбранном направлении.
Путь лежал не близкий. Пробираясь сквозь деревья и кусты, постоянно сворачивая и выбирая тропу, мы прошагали несколько километров. Вышли в сосновый бор, повернули на север и шли ещё минут 20 пока не наткнулись на логово волков.
Алан остановился и начал что-то искать в своем рюкзаке. Он достал пару тряпок и несколько склянок с разной жидкостью. Хорошенько смочив тряпки и собрав их вместе, он поджёг импровизированный факел огнивом, и забросил его прямо в логово.
Через мгновение из дыры повалил густой чёрный дым.
— Приготовьтесь.
Только и сказал капитан, доставая меч из ножен.
Через пару секунд из норы с поразительной скоростью вылетел первый волк.
Но не успел он сообразить, что к чему, как оказался без головы. Следом выскочили ещё два волка, которых на себя взяли Олаф с Майком.
Расправится с животными, труда не составило, так как сразу после их выхода из норы, я выпустил в них по разряду.
И вот, наконец, показался последний волк, а точнее волчица. В зубах у неё был новорождённый волчонок. Слепой, маленький и слабый. Он постоянно пищал, создавая нелицеприятную картину. Масло в огонь подливал свирепый, и даже пугающий взгляд волчицы, охранявшей вход в нору.
Пожалуй, это самый грозный, из встретившихся за сегодня противников. Глаза были наполнены гневом, животной яростью и безумием.
Сумасшедшим желанием защитить своё потомство.
Но, несмотря на весь гнев и ярость, капитан вышел вперёд и как на прогулке, совершив пару финтов, умертвил волчицу. Обычно в таких случаях полагается ликвидировать и само потомство, для баланса популяции.
Всё равно через определённый период времени их место займёт другая стая, покинувшая центральный лес. Если оставить их в живых, то рано или поздно это выльется боком для всех обитателей города. Они размножаются очень быстро. А с таким количество падальщиков совсем рядом, проблема рациона отпадает, до тех пор, пока численность не перевалит за возможные рамки ресурсов леса. И вот тогда они покинут лес и отправятся в деревни и на просёлочные дороги, за скотом и людьми.
Но, похоже, убивать волчат собственноручно нет смысла, так как им не больше недели отроду. Да и выбраться из задымлённой норы они вряд ли смогут. Что уж говорить о выживании без матери.
Как бы жестоко это не было, делать это необходимо. Опять же вопрос гуманности данного действия оставался открытым. Обрекать молодых волчат на голодную смерть, даже если они смогут выбраться, не выглядит гуманно и, казалось бы, умертвить их сразу, кажется, гуманнее, но и то, и то не гуманно, как ни посмотри. Разве что выбирать меньшее из зол, да и тут всё субъективно.
