Настала моя очередь выпучить глаза. Нет, я догадывался, что у всякого богатея при себе всегда найдется монетка-другая серебром на случай непредвиденных трат, но чтобы кошелек был доверху набит серебряными монетами! Вдобавок среди них попадались и золотые! Я быстренько произвел подсчет: гонорар за десять дней, накладные расходы, все умножить на три, не забыть о скидке для важных клиентов (понимаю, что делать скидку — дурная привычка, но никак не могу от нее отделаться). Норт-Энглиш не видел, сколько денег я в конце концов взял, но пока кошелек был у меня в руках, он переминался с ноги на ногу, как малыш, которому приспичило пи-пи. Несмотря на победу в Кантарде, серебро по-прежнему в цене.
Остальные воротилы переговаривались между собою, почти не понижая голоса. Заключались пари, станет ли Норт-Энглиш пересчитывать сумму.
Поразмыслив, я извлек еще пару-тройку монет на непредвиденные траты — скажем, на одну мою рыжеволосую знакомую; потом вернул кошелек хозяину. Все пристально наблюдали за Маренго, надеясь, что он раскроет кошелек, возобновит знакомство с уцелевшими монетками и оплачет перешедшие к Гаррету. Однако Норт-Энглиш совладал с искушением.
— Я предупрежу своего дворецкого, мистер Гаррет. Он пропустит вас ко мне в любое время суток.
Мимолетный взгляд в сторону убедил меня, что найдется немало «друзей» Маренго, согласных заплатить энную сумму, если я сначала принесу новости им, а уж потом человеку, который меня только что нанял.
— Пока все, мистер Гаррет, — сказал Маренго. Бедняга так испереживался, что не нашел в себе сил дать мне особые инструкции. Не уточнил, ни куда не заглядывать, ни во что не влезать. Вот и славненько, вот бы и дальше так было.
Просто здорово.
Я вышел из кабинета.
В коридоре меня поджидал Вейдер со своим телохранителем.
— Что они там затевают? — спросил Макс.
— Тебе лучше знать. Это
— Далеко не все. Норт-Энглиш, Клайв, Фоди, Слинк… Они устроили эту встречу и настояли, чтобы я пригласил остальных. Даже часть расходов возместили. Им требовалось место, где их совет не привлек бы внимания. Я не стал отказываться. А вдруг мне когда-нибудь понадобится их помощь?
— Услугу за услугу… Понятно.
— Совершенно верно. — Макс кивнул на Тинни, мявшуюся у дальней стены. — Ступай. Со мной все в порядке, а тебе не мешает развеяться.
— Спасибо, босс. — Я направился к Тинни. Но развеяться мне было не суждено.
Стоит мне влить в себя две-три кружки «Вейдеровского темного», как я превращаюсь в охотника до танцулек. Все девушки мои, я со всеми танцую и всех огорчаю. Разумеется, Тинни имела преимущество перед остальными, но и она недовольно фыркала, когда я приглашал на танец Аликс, Никс или Киттиджо (с нею я отважился всего на один круг). Я раздухарился настолько, что протанцевал даже с матроной, строившей мне глазки в начале вечера. Она назвалась мадам Тинстолл. Это имя было мне незнакомо. Для женщины ее возраста у мадам Тинстолл оказались замечательно стройные ножки, которые она, естественно, не преминула мне продемонстрировать.
Тинни фыркала, Аликс шипела, Никс была слишком дружелюбна для девушки, чью сегодняшнюю помолвку отмечали гости; впрочем, о помолвке мы с ней во время танца и не заговаривали. Киттиджо, этакая потрепанная жизнью Аликс, вообще помалкивала, не выказывая желания ударяться в воспоминания. Зато мадам Тинстолл говорила не умолкая; у меня сложилось впечатление, что она отнюдь не прочь сунуть Гаррета под мышку и отнести к себе домой. Что подумает об этом ее муж, я уточнять не стал.
В перерывах между танцами я утолял жажду, отдавая предпочтение напиткам с маркой моего босса. Гаррет — он такой: уж если верен, то во всем.
Интересно, куда подевался Попка-Дурак?
— Что случилось? — спросила Тинни, заметив выражение моего лица.
— Сам себя не узнаю. Вдруг озаботился судьбой той пернатой скотины, которую мне приходится содержать. Ты его видела?
— Угу. На твоем месте я бы не стала его искать. — Она лукаво усмехнулась.
— Почему?
— Его выкинули из дома. Твое счастье, что никто не вспомнил, кто его принес.
— Поделом. Надеюсь, совы его сожрут. Он давно напрашивался.
Мажордом Макса, Джеррис Дженорд, уже изрядно охрипший, неожиданно двинулся в нашу сторону. По пути он обогнул Аликс и Киттиджо. Аликс глядела на старшую сестрицу с плохо скрываемой ненавистью; Киттиджо словно не замечала этого взгляда — она явно витала в облаках.
Дженорд протянул мне сложенный вчетверо, изрядно потрепанный клочок бумаги.
— Просили передать, — просипел он. — Сказали, дело очень важное.
Тинни нахмурилась, предчувствуя новые неприятности. Неужто она научилась читать мысли? Ну вот, только я расслабился. Впрочем, мне всегда везет.
— Спасибо, Джеррис.
Записка гласила:
«Р»? Что еще за «Р»? Кто может знать, где меня искать? Релвей, больше некому. Как тут не заподозрить новую беду?
— И что? — справилась Тинни. Видно, мои мысли она читать пока не умела.
— Пойду, посмотрю.
— Прямо сейчас?
