До небольшой возвышенности, на которой прилепилась рощица, ставшая их целью, они добрались ближе к вечеру. Вопреки надеждам девочки, они не остановились тут же, но прошли эту реденькую рощу насквозь. Впрочем, это не заняло много времени. Там, на противоположной стороне рощи, они сделали привал. По-видимому, эта предосторожность была предпринята, чтобы хоть немного скрыть их стоянку от возможных наблюдателей на холмах. Но Эланор было уже все равно, она почти не могла идти, мечтая о теплом пледе и горячем чае. Как и в прошлый раз, эльф быстро сложил костёр и, когда пламя разгорелось, предложил Эли обсушиться. Какое-то время они отдыхали, не разговаривая. Эланор лежала у костра, закутавшись в плащ Хелегира и дремала, пытаясь освободиться от воспоминаний о тяжелой дороге.
Когда почти стемнело они сели ужинать, и Хелегир приятно удивил Эли, предложив к неизменному хлебу и свежим листьям горсть запеченных над костром грибов, которые он успел собрать, пока она находилась в забытии. Конечно, чая у них не было, но теплая еда, пламя от костра создали тот неуловимый уют, который всегда возникает в приятной компании и не на пустой желудок. По-видимому, что-то похожее почувствовал и эльф. Когда Эланор взглянула на него ей уже не показалось, что он хочет и дальше держаться неприступно, поэтому она решилась задать вопрос.
- Похоже, ты живёшь один и странствуешь всегда один. Извини, если я поняла неправильно! Но где же другие эльфы? Ты ведь встречаешься с ними хоть иногда?
Хелегир усмехнулся.
- Почти так. Ты поняла правильно - я не встречаюсь с другими эльфами уже много лет. Почему? Мой народ давно покинул свои родные земли.
- Извини, я не знала! - испугалась Эли. Она не хотела, чтобы её собеседник погрузился в мрачные воспоминания.
- Не извиняйся! Это случилось давно. Раньше мы жили в землях вдоль реки Митейтель, у Мглистых гор. Этот край назывался Остранна. Благославенный край, где эльфы могли наслаждаться природой, возделывать сады, помогать деревьям расти и цвести. Среди прочих эльфов Остранна стала желанным местом, которое все хотели увидеть и насладиться нашим прохладным целебным воздухом, прозрачной водой Митейтеля, красотой цветущих весной древ. Наш народ с радостью принимал у себя гостей, будь то эльфы или гномы..., - он помолчал и продолжил:
- Нас было немного, и это в своё время стало причиной нашего поражения, когда орки и ангмарские войска двинулись к югу. Никто не смог придти к нам на помощь, и наши поселения были сметены этой ордой всего за несколько дней!
Вместе с нами погибла земля Остранны - изрубленные ядовитыми мечами деревья засохли, вытоптанные долины остались безжизненными и каменистыми. Немногие уцелевшие эльфы отправились в Серебристую Гавань, чтобы покинуть наш мир навсегда, не выдержав такой утраты. Но несколько семей остались в память о потерянном мире. И мы тоже остались - я , моя сестра Гетэль и бабушка. Но потом и другие семьи ушли на Запад .. или погибли...
- И они так и живут там, твои родные? Почему ты оставил их?
- Я никогда не оставлю их. Я часто возвращаюсь туда, где когда-то была наша страна.
Эланор поняла, как должно быть одиноко ему, хранящему воспоминания о былом счастье. Эльфы живут долго, как долго, она точно не знала, но больше обычных смертных. Это, вероятно, всё было очень давно.
- Как давно это было? - решилась спросить она.
- Это было во Вторую эпоху. Давно, по меркам людей!
- Да и по меркам хоббитов тоже...
- Никто уже не помнит о тех временах, только эльфы и дунаданцы.
- Дунаданцы! - обрадовалась Эланор. - Король Элессар тоже дунаданец! И он дружит с эльфами! Он даже женат на эльфийке, дочери Владыки Раздола! И многим другим тоже интересна судьба эльфов. Среди хоббитов есть те, кто рад дружить с эльфами! Мой отец и его друзья-хоббиты знали одного эльфа и он всегда был им другом! А отец, он даже знает предания эльфов, хотя и не умеет читать и говорить по-эльфийски!...
Эльф удивлённо смотрел на взволнованную девочку.
"Всё это странно", - подумала между тем она: "Если у него есть близкие, почему он так далеко от них, и говорит, что почти всегда странствует. Что гонит его с места на место? Может, он не решил, уплывать ли ему на Заокраинный Запад".
Костер почти прогорел и влажная темнота потихоньку вползала в остывающий вокруг кострища столб воздуха. Пора было ложиться спать. Эланор легла тут же, поблизости от ещё жарких углей. Хелегир остался сидеть. Эланор поняла, что он и не собирается спать. Было ли это связано с беспокойством, которое не оставляло его весь их путь, или он попросту не хотел спать, Эланор не знала. Она вздохнула и закрыла глаза. И тут же провалилась в глубокий сон.
Очнулась она от того, что эльф тряс её за плечо. Она приоткрыла глаза: только светало, небо оставалось тёмным,
- Вставай! - перед ней мелькнуло взволнованное лицо Хелегира.
Она подчинилась, ещё плохо соображая, и посмотрела туда, куда было обращено лицо эльфа.
