История о детдомовце Мише, который попадает в Тонкий мир, обретает там верных друзей и, вместе с ними, совершает самые настоящие подвиги: спасает, сначала, королевство Благословенный Гиньдан, потом короля Алпата Великого и, наконец, народ ведунов.
Алпат Великий проснулся. Это было необычно. Последний год он спокойно спал на своём троне, и никто и ничто не могло побеспокоить его. Подданные – точно бы не осмелились. Разве, только, обстоятельства. А, конкретно, положение в королевстве. Только это могло разбудить. Но, такие вещи Алпат Великий чувствовал сразу. Всё-таки, за королевством он из своего сна приглядывал, время от времени, своим внутренним взором. Вроде, ничего не должно было случиться. Каста земледельцев работала на полях, кузнецы – в кузнях, сыроделы – в сыроварнях, виноделы – в винокурнях, столяры и плотники с гончарами в своих мастерских. Все при деле. Учёные корпят над своими свитками, звездочёты наблюдают за небом, министры пекутся о благосостоянии и порядке в королевстве, придворная челядь заботится о замке, маги и колдуны изобретают новые заговоры и заклятья, а купцы успешно водят караваны в дальние земли, далеко разнося славу о Благословенном Гиньдане. Ну, и о нём, естественно. Кто же, ещё, построил всё это?
Алпат Великий прикрыл глаза, вспоминая, как триста лет назад прилетел сюда через Грозный Океан. Путь его, тогда, лежал прямиком к Небесным Горам, чтобы поклониться могиле Древнего Ящера, прародителя всего Летающего Народа. Он, здесь, и задерживаться не хотел. Так, присел на холм отдохнуть. Уж, слишком долгим и тяжёлым был перелёт. Да и Грозный Океан мирным нравом никогда не славился. Постоянные смерчи, гуляющие по поверхности, молнии, остервенело бьющие по воде, высокие мощные волны, внезапно налетающие шквалистые ветры и выныривающие высоко из глубин огромные подводные монстры с кошмарными, сплошь усеянными игольчатыми зубами, пастями. Преодолеть такое не каждому под силу. Поэтому, все, кто хотел совершить паломничество к могиле Древнего Ящера, готовились к этому долго и упорно.
Утомлённый долгим перелётом, он разлёгся на, поросшей травой, вершине холма и задремал, наслаждаясь дуновением лёгкого ветерка. Хорошо! Вдали виднеются колосящиеся поля ржи, за ними – тёмная полоска леса, ветерок приносит пьянящий запах разнотравья, а по синему небу, словно овечки, бегут кудрявые облака. Резкий звук фанфар вывел его из дремотного состояния. Алпат вскинул свою рогатую голову и недоумённо уставился на ощетинившийся копьями полк рейтаров и воинственно топорщащего усы офицера в сопровождении герольда в богато расшитом камзоле. Герольд ещё раз протрубил почти прямо в пасть Алпату и, подбоченившись, взглядом оценил произведённый эффект. А эффект был. Подобное пробуждение, мягко говоря, озадачивало.
– Слушай, ты, рептилия! – подкрутив усы, грозно прокричал офицер. – Именем короля Варнаинаила Третьего, приказываю тебе убраться с территории королевства!
– Это с чего бы? – удивился Алпат, борясь с искушением, смести этого напыщенного франта щелком когтистого пальца.
– С того, что никто не имеет право пересекать границу без соизволения королевской пограничной стражи и уплаты соответствующего налога! А ты явился сюда без спросу, и не заплатив.
– Вообще то, я, просто, пролетал мимо, – Алпат был из очень высокого и благородного рода, и его с младых когтей приучали к вежливости, даже, тогда, когда хочется закусить несносным собеседником. – Отдохну и дальше полечу.
– А мне то, какое дело? Даю тебе пять минут, чтобы убраться с территории королевства, или твою тушу будут обгладывать крысы в одном из ближайших оврагов. У нас в королевстве с нелюдями не церемонятся!
– Я, же, сказал, что, как только отдохну – полечу дальше, – последние слова собеседника царапнули слух, но воспитание, опять, заставило сдержать растущее раздражение.
– Ну, держись, ящерица-переросток! – офицер взмахнул рукой, перед рейтарами из задних рядов выбежали лучники, и в воздух взмыла целая туча стрел.
Выждав, пока все стрелы ударятся о чешую и осыплются на землю ненужным мусором, Алпат мимоходом выдернул несколько, воткнувшихся в крылья, и, взревев во весь голос, ринулся на врага. Воспитание – воспитанием, но нервы, тоже, не железные. Да и фамильная честь не позволяла терпеть подобные выходки, даже, со стороны малых народов. Взмахом хвоста он тут же снёс половину солдат, а остальные, опалённые струёй пламени из пасти, разбежались. Оглянувшись по сторонам, Алпат увидел офицера, в ужасе забившегося в кусты, когтем подцепил его за кирасу и, вытащив, поставил перед собой. Бедолага попытался, было, упасть, поэтому, пришлось опять его поднимать и ставить на дрожащие ноги.
– Поговорим? – выдохнул клуб дыма Алпат.
– Нне уббивай меня, – проблеял офицер.
От напыщенности бравого, в недавнем прошлом, рубаки-воина, не осталось и следа. Бледный, с моментально обвисшими усами, блуждающими от ужаса глазами, он был на грани обморока.
– Ну, это, как дело дальше пойдёт. Что у тебя там? Ром?
– Ром, – с готовностью закивал головой вояка, сорвал флягу с пояса и протянул Алпату. – Хочешь, забирай.
– Фу! – Алпата, даже, передёрнуло. – Я такую гадость не пью. А ты – выпей. Может, в себя придёшь.
