Вскоре после этого миссис Скофилд спешно покинула детскую танцевальную школу. А мисс Ренсдейл, сияя от счастья, сделала книксен.
- Пятьдесят раз я уже утверждал вам! - яростно закричал мистер Бартэ, не дав ей вымолвить ни слова. - Я не могу ничто менять! Ваш партнер еще способен появиться. С кем же тогда он будет в паре? О! Вы меня с ума спятите! Что вам еще от меня надо! - воскликнул он, увидев, что мисс Ренсдейл снова делает книксен в его сторону.
На этот раз она протянула учителю записку. Согласно предписанию мистера Бартэ, записка была адресована лично мисс Ренсдейл. Содержание ее гласило:
"Дорогая мадам! Пожалуйста, освободите меня от котильона с Вами сегодня днем из-за причины падения меня с крыши.
Ваш искренний Пенрод Скофилд".
Глава XXIV
МАЛЕНЬКИЙ ДЖЕНТЛЬМЕН
Пенрода стригли. Парикмахерская располагалась на углу улицы, рядом с аптекой. Это была солнечная сторона, и, так как день стоял знойный, Пенрод обливался потом. Чрезвычайно невыгодное состояние, когда тебя стригут! Часть волос, которые падают с парикмахерских ножниц, налипают на потное лицо, лезут в рот, в нос, забиваются за воротник и даже попадают в уши.
Нельзя сказать, чтобы Пенроду не нравилось стричься. Сама по себе стрижка, пожалуй, даже доставляла ему удовольствие. Но вот состриженные волосы... Они нещадно щекотали и кололи. У Пенрода даже слезы навернулись на глаза, и он начал корчиться, ерзать, дергаться и поводить плечами, ежеминутно рискуя, что ножницы парикмахера отхватят вместе с волосами еще какую-нибудь часть его существа. Наконец он добился своего: парикмахер задел кончик его уха.
- Уй-й-й! - заныл Пенрод.
- Что, поцарапал немножко? - осведомился парикмахер приторным голосом и неискренне улыбнулся.
- А-а! - немедленно запротестовал Пенрод против квасцов, которые парикмахер приложил к ранке.
- Это не больно, - сказал парикмахер, - но если вы не будете сидеть смирно, вам опять будет больно. Может быть, даже еще больнее.
Опередив таким образом Пенрода, который как раз хотел сказать, что ему и так уже достаточно больно, парикмахер продолжил работу.
Пенрод фыркнул. Он сделал это отнюдь не из презрения к парикмахеру. Просто он пытался сдуть усы, которые образовали волосы, прилипшие к верхней губе.
- Видели бы вы, как смирно сидит у меня маленький Джорджи Бассет, продолжал в том же духе парикмахер, - я слышал, его считают лучшим мальчиком у нас в городе.
Пенрод снова фыркнул. Но на этот раз он выражал презрение, ибо был совершенно не согласен с парикмахером.
- А вот по поводу Пенрода Скофилда я что-то не слышал ничего подобного, - не унимался парикмахер.
- Ну и что? - произнес Пенрод, с трудом освободив губы от волос. Нужно мне очень! Ой-й-й!
- Я слыхал, Джорджи Бассета называют маленьким джентльменом, подначивал коварный парикмахер.
- Пусть кто-нибудь только попробует меня так назвать, - тут же заявил Пенрод, - пусть только раз попробует! Готов спорить на что угодно: больше ему не захочется пробовать! Ой-й-й!
- Почему не захочется? Что вы с ним сделаете?
- Я-то знаю, что сделаю! Могу поспорить, я у всех отобью охоту так меня называть!
- Даже если вас так назовет маленькая девочка? Неужели вы ударите маленькую девочку?
- Ну, я... Ой-й-й!
- Значит, не ударите маленькую девочку? Нет ведь? - не отставал парикмахер. Он завладел вихром на затылке Пенрода и повернул его голову в совершенно неестественное положение. - Разве не сказано в Библии, что нельзя бить слабый пол? - добавил он.
- Ай! Осторожней!
- Значит, вы ударите даже несчастную слабую девочку? - снова пристал парикмахер.
- Да кто вам говорит, что я ее ударю? - спросил благородный Пенрод. - Я с ней по-другому разделаюсь. Но, уж будьте спокойны, она пожалеет!
- Но вы же не станете ее обзывать, а?
- Не стану! Руганью вреда не причинишь!
- Ну, понятно! - воскликнул парикмахер. - А я вот однажды проходил мимо вашего дома и слышал, что вы кричали шоферу бакалейщика. Значит, вы хотели причинить ему пользу? Надо сказать ему, а то он мне говорил, что, если вы попадетесь ему где-нибудь на улице, он с вами рассчитается по-свойски. Он говорил, что сделает с вами то, что вам не понравится. Вот так-то, сэр.
- Пусть сначала меня поймает. Хвалиться-то каждый может.
- И все-таки вы так и не сказали, что намерены сделать маленькой девочке, если она вас назовет маленьким джентльменом? Хотел бы я знать, как вы поступите? Хотя, в общем-то, я и сам знаю, чего от вас ждать.
- Чего же?
- Вы натравите своего старого пса на ее кошку, если у нее есть кошка, продолжал парикмахер дразнить его.
- А вот и не натравлю!
- Ну, а что вы сделаете?
- Да уж сделаю, не волнуйтесь!
- Ну, а если это будет мальчик? Мальчик подойдет к вам и скажет: "Хэлло, маленький джентльмен!" И что вы намерены предпринять?
- Его счастье, если он вернется домой живым, - мрачно ответил Пенрод.
- А если он будет вас на голову выше?
- Пусть только попробует, - тон у Пенрода стал угрожающим. - Пусть только попробует, и свет в его глазах померкнет. Вот так!
