Но узнал он также о том, как быстро проходят и забываются все неприятные ощущения и страхи, лишь только твоя нога коснется твердого берега, и как почти сразу тянет снова в море, снова навстречу опасностям, ветрам и волнам.
Как многие другие до него и после него, Робинзон заболел морем, думал только о нем и вскоре, ослушавшись родителей, отправился во второе плавание — на этот раз гораздо более длительное и рискованное — к берегам Африки. Путешествие затянулось на несколько лет, во время которых он научился весьма успешно торговать с туземцами, а также побывал в плену у пиратов, вынужден был прислуживать их главарю и, только благодаря собственной смелости и находчивости, сумел удрать из плена на маленькой рыбацкой лодке. Впрочем, и он, и лодка неминуемо утонули бы в море во время шторма, если бы их не спас португальский торговый корабль, направлявшийся в южно-американскую страну Бразилию.
Там Робинзон нанялся к владельцу сахарной плантации, много и тяжело работал, но через несколько лет сумел приобрести собственную плантацию. Однако работников не хватало ни ему, ни его друзьям-плантаторам, и, зная, что Робинзону уже случалось бывать в Африке по торговым делам, друзья предложили, чтобы он снова сплавал к ее берегам и привез оттуда черных рабов, которые и работают лучше, чем белые, и платить им можно во много раз меньше.
Не очень-то ему хотелось отправляться в долгое и наверняка опасное путешествие: он уже привык к своей небольшой плантации, где неплохо шли дела, к спокойной жизни.
Первого сентября 1659 года, ровно через восемь лет после своего самого первого морского путешествия из Гулля в Лондон, Робинзон ступил на борт корабля, который должен был доставить его из бразильского порта Сан-Сальвадор к западной оконечности африканского материка. Однако туда Робинзон Крузо так и не попал: вместо этого судьба уготовила ему целую вереницу приключений, сделавших его одним из самых знаменитых людей во всем мире.
На борту корабля, отплывшего тем солнечным утром из порта Сан-Сальвадор, находилось четырнадцать человек: капитан, двенадцать матросов и один пассажир — по имени Робинзон Крузо. Груз, который они везли, был не совсем обычный — игрушки. Да, игрушечные ножички, ножницы, топорики, красивые бусы, ракушки, зеркальца. Этот товар Робинзон собирался использовать при торговых сделках с африканцами вместо денег — в обмен на еду или еще на что-нибудь. Например, на золото…
На двенадцатый день пути, когда судно приближалось к северной оконечности южно-американского материка, разразился чудовищной силы шторм и захватил их в свои щупальца. Десять суток подряд несчастный корабль мотало во все стороны, но каким-то чудом он все же держался на плаву. Однако двух моряков смыло за борт, один скончался от тропической лихорадки. Робинзон тоже несколько раз прощался с жизнью, ожидая, что его вот-вот поглотят морские волны, но, благодарение Богу, этого не случилось. Зато с кораблем ураган расправился жестоко: паруса обвисли жалкими рваными тряпками, мачты надломились, в нескольких местах корпуса образовалась течь.
Когда ветер наконец умерил свою ярость и на море воцарилась тревожная тишина, казавшаяся чуть ли не страшнее урагана, капитан с Робинзоном обследовали судно вдоль и поперек, чтобы понять, какой ущерб нанесен, и пришли к единодушному выводу: плыть дальше в Африку на нем невозможно. Капитан считал нужным вернуться в Бразилию, но Робинзон не согласился с ним и предложил следовать по более короткому маршруту, а именно — показал он на карте, — к одному из британских островов, разбросанных в Карибском море. Самый близкий из них — видите, капитан? — Барбадос. Путь туда должен занять не более двух недель. Там они смогут сделать ремонт корабля и потом продолжат путь. Так и порешили.
К несчастью, вскоре на них обрушился новый шторм и снова сбил с курса.
Всю ночь ветер мотал судно по волнам, оно то взмывало вверх, то рушилось со страшной силой вниз, и всем казалось, уже пришел конец, однако на рассвете Робинзон услышал радостный крик: «Земля! Земля!» Это кричал матрос, стоящий у штурвала и показывающий куда-то рукой.
И в этот самый момент корабль врезался днищем во что-то твердое, дал сильный крен и замер, хотя ветер и волны продолжали бить его изо всех сил. Робинзон успел с жалостью подумать: за что же судьба продолжает так наказывать бедную посудину, которая и без того почти развалилась, и тут капитан дал команду: спустить спасательную шлюпку и всем покинуть корабль!
