У старого телевизора, подготовленного к утилизации, неожиданно начинается вторая «жизнь»
Громоздкий ящик с электронно-лучевой трубкой был «приговорён» к утилизации, но исполнить намерение не успели, хозяин вместе с семьёй уехал в Швецию преподавать в университете.
В это время у его мамы, Валерии Михайловны, случился перекос семейного бюджета в сторону увеличения расходов. Потратив значительную часть жизни на сведение дебета с кредитом, она вышла на пенсию и переключилась на фитнес, курорты, выставки и театральные действа. Чтобы восстановить равновесие, у главного бухгалтера возникла идея сдать в аренду жильё сына.
– Как можно пустить в дом чужих людей? – удивился муж.
– Тебе ничего не нужно, кроме рыбалки и спортивных программ, – парировала супруга, – а мне предлагают путёвку в Лиссабон.
– Я с тобой не поеду, – вздрогнув, предупредил мужчина, – в крайнем случае, могу сходить в филармонию.
Валерия Михайловна нашла-таки достойного арендатора: немецкого инженера из транснациональной компании.
Вместе с немцем по имени Ральф, представительным мужчиной лет сорока, в квартиру сына въехала русская девушка лет двадцати, худенькая, с осветлёнными волосами, подстриженными каскадом, увеличенными губами и стандартным макияжем на, возможно, оригинальном, от природы, лице.
Она-то и попросила, очаровательно картавя, плоский экран в спальню вместо «старичка», хотя в гостиной на стене висела плазменная панель. Инженер из Германии работал на компьютере, оттуда и «черпал» информацию, он не нуждался в телевизорах, но плохо владел русским языком, поэтому подтвердил слова девушки кивком головы.
Следующий приступ расчётливости подсказал Валерии Михайловне, что, на всякий случай, «добро» лучше не выбрасывать, а перенести в свою квартиру, немцу отдать их жидкокристаллический, а себе купить Smart TV.
Муж в этот день страдал от гипертонической болезни и не собирался таскать тяжести:
– Если тебе что-то придёт в голову, не отступишь, пока своего не добьёшься.
– Заметь, я к тебе не обращаюсь.
Жена надела серый спортивный костюм, стёганную, тёмно-синюю жилетку, шапочку из мягкой шерстяной пряжи под цвет жилетки и, довольная своей внешностью, отправилась решать задачу по переноске телевизоров.
Расстояние от одной квартиры до другой – семь минут ходу. Валерия Михайловна попыталась найти помощника в небольшом магазине «Продукты».
– Грузчик сейчас придёт, – обрадовалась скучающая продавщица, – отнесёт что надо, и куда надо. Он у нас молодой, красивый, высокий, вышел на пять минут.
Женщина за прилавком не имела солидности посетительницы и уверенности в себе. В глазах светилось желание обратить внимание людей на то, какой она приятный человек, но никого это не интересовало и Валерию Михайловну тоже.
«Что делает в небольшом магазине, где, наверное, и прибыли нет, молодой, высокий и красивый?» – заработал компьютер в голове специалиста по учёту и контролю активов.
С каждой минутой ожидания возвращения "труженика" на рабочее место, этот вопрос прояснялся, он отсутствовал уже около часа.
Валерия Михайловна вышла подышать свежим воздухом на улицу. Под аркой дома увидела парня азиатской внешности, худенького, невысокого, одетого в тёмное, с выражением неблагополучия на лице. Он подрагивал и подскакивал от холода, выясняя что-то по мобильнику.
«Почему бы не обратиться к этому гастарбайтеру, это, конечно, не Геракл, интересно, сколько возьмёт?» – оглядела Валерия Михайловна тощую фигурку.
Инженер заплатил за аренду квартиры немало, но не в правилах главбуха «бросать деньги на ветер». Тысячи, предназначенные для определённой покупки, отличалась у Валерии Михайловны от тысяч, которым надлежало быть истраченным на планируемые мероприятия, и они не имели ничего общего с деньгами на банковских картах, ими семья расплачивалась за продукты и коммунальные услуги.
«Или подождать, пока красавец вернётся на рабочее место?» – продолжала размышлять женщина, наблюдая за подпрыгивающим субъектом.
Его звали Садык. Нужда занесла молодого человека из кишлака под Ташкентом в северный мегаполис чужой страны. Двоюродный брат нашёл здесь работу по уборке мусора на территории стройки.
Парень трудился до поздней осени и переслал немного наличности маме, для которой был единственной опорой, отец умер давно. Наступила зима, мигрантов позвали ломать стены в подвале здания. Нагрянули полицейские и арестовали всех, кроме Садыка. Услышав крики, он вылез через щель в подвальном окне, настолько узкую, что до него этим лазом пользовались только коты. Мигрант остался на свободе, потому что в ЖЭКе не хватило доски, чтобы наглухо забить просвет.
Брат пропал, постоянной работы не было. Садык жил с земляками в трёхкомнатной квартире на окраине города. В каждой комнате стояло по несколько раскладушек.
