Травка оглянулся. Сзади тоже показались ребята. Сопротивляться было бесполезно.
Но Травка не стал поднимать руки вверх. Наоборот, он засунул руки в карманы поглубже. Если нужно, пусть мальчишки и вытаскивают их у него из карманов.
Он взглянул на капитана. Тот тоже и не думал поднимать руки, а вступил с нападающими в переговоры:
— Оружия у нас нет. А вот вы скажите: по какому такому праву вы нападаете на мирных путешественников?
Тут выступил один из ребят — видимо, предводитель остальных. Он был в длинной белой рубахе поверх пальто. Шапка у него была обмотана тоже чем-то белым, а на груди висел новенький деревянный автомат на веревочке. Он сказал простуженным голосом:
— Мы действуем по приказу нашего штаба и по распоряжению капитана Калашникова. Мы шли в лыжный поход, но вдруг получили задание, и у нас вышло вроде военной игры. Приказано взять в плен гражданина, разыскивающего мальчика Травку.
— Ну, тогда другое дело, — сказал капитан. — Но ведь я-то никого не разыскиваю!
— А это кто? — прохрипел предводитель и указал пальцем на Травку. Это Травка и есть! Он мне сам сказал!
Капитан попробовал защищаться:
— Но ведь я его не разыскиваю…
— Нашли, потому и не разыскиваете.
— Это правильно, — начал сдаваться капитан. — Но ведь тот гражданин должен быть в черной меховой куртке…
Кто-то насмешливо перебил капитана:
— А ему жарко в такую погоду кататься в меховой куртке. Он ее скинул!
— Правильно, правильно, — сокрушенно сказал капитан. -Но только гражданин-то должен быть в очках!
— А вы посмотрите у себя в кармане. Может, очки и найдутся! послышался тот же насмешливый голос. — Или вам без очков не видно в собственном кармане?
Травка воинственно взглянул на насмешника. Как он смеет смеяться над теми, кто носит очки!
Это был высокий, тощий, длинношеий малый, к тому же и сам в очках.
— А ты жираф! — крикнул Травка.
— Нет, я Сережа, — спокойно ответил мальчик, ничуть не обидевшись.
Тут капитан похлопал себя по карманам, и… о, ужас — в кармане и правда нащупал футляр с очками, которые он надевал во время чтения. А шапка с пуговкой и меховыми наушниками выдавала капитана с головой. Делать было нечего — приходилось сдаваться.
Предводитель откашлялся, чтобы не хрипеть, но сказал все-таки хриплым голосом:
— И еще есть примета: добрый! А вы разве не добрый? Вас берут в плен, а вы улыбаетесь!
Капитан согнал с лица улыбку и сказал грозно:
— А вот такого распоряжения, чтобы уводить у меня лыжи, капитан Калашников не давал! Это я наверное знаю.
— Лыжи мы вам отдадим, — прошептал предводитель, — если вы дадите слово, что не убежите от нас.
— Даю слово, — сказал капитан.
Травка знал, что если человек дает слово, то обязательно должен его выполнить.
Он подтвердил:
— У меня папа если даже просто скажет «хорошо», и то обязательно сделает.
И тут пионеры решили, что они в точности выполнили приказание штаба: взяли в плен того самого гражданина, который разыскивал своего сына Травку. А если он уже нашел сына, то это еще и лучше.
Пионеры принесли капитановы лыжи и предложили по очереди нести Травку на плечах. Но этого капитан не мог им доверить. Он дорожил Травкой так, словно тот и правда был его сыном.
И пленные отправились к старой трансформаторной будке, окруженные охраной из десятка рослых мальчиков на лыжах.
Но, конечно, Травка на плечах капитана был выше каждого из них и поглядывал на них свысока.
Капитан сказал:
— А ну, ребята, подхватывайте песню! Только ты, старшой, помолчи, а то окончательно сорвешь голос.
Все запели.
И Травка старался подпевать:
Эх, дороги!
Снег да туман…
Холода, тревоги
Да степной бурьян…
Снег ли, ветер
Вспомним, друзья:
Нам дороги эти
Позабыть нельзя.
Край сосновый…
Солнце встает…
У крыльца родного
Мать сыночка ждет…
Вдали показалась трансформаторная будка.
Издали будка была похожа на избушку на курьих ножках или, лучше сказать, на свайную постройку вроде тех, которые Травка видел когда-то на картинке: на четырех высоких столбах был поставлен не то большой ящик, не то маленький домик с остроконечной крышей. В домик вела узенькая лестница.
— А почему она на столбах? — спросил Травка у капитана.
— Ясно почему, — ответил капитан. — Разве ты сам не догадываешься? К трансформатору подходит ток высокого напряжения. И чтобы кто-нибудь не вздумал трогать трансформатор, мы и поставили его повыше.
— А зачем же тогда лесенка? — удивился Травка. -Лазить-то еще интереснее! Всякий полезет посмотреть, в чем дело!
— А это уж они сами приставили.
— Кто «они»?
— А вот сейчас увидишь.
Капитан подозвал всех мальчиков, взявших в плен его с Травкой, и сказал:
— Ну, друзья мои, пропало ваше дело! Сдавайтесь.
— Почему это? — заносчиво спросил тот самый длинный мальчик в очках.
— А вот почему, — ответил капитан: — вам дан приказ ни в коем случае не обнаруживать расположение штаба. А ваш штаб -вот он!
Он указал на трансформаторную будку и стоящий рядом с ней домик. Над домиком торчала железная труба. Из нее шел дым.
