Мы с полковником Файрсвифтом появились посреди замкового двора, полностью окружённые солдатами Валоры. Остальные команды тоже раскидало по двору. Заклинания и стрелы полетели в нас со всех сторон. Я затащила полковника Файрсвифта за статую пегаса. Вспышка телекинетической магии Изабель Баттлборн просвистела мимо нас. Задержись мы на секунду, и она врезалась бы прямо в наши спины. А поскольку сейчас мы не обладали никакой устойчивостью к телекинезу, это мгновенно вырубило бы нас обоих.
— Прятаться — это трусость, — прорычал полковник Файрсвифт.
— А умирать — это глупость, — парировала я. — Сейчас у нас есть только магия сирены. У нас нет оружия, а наши защиты против большинства видов магии просто не существуют. Перед тем как лезть в сражение, нам нужен план.
Я взглянула на двадцать с лишним солдат в белых униформах, Стражники Валоры. Они вооружены до зубов и швырялись заклинаниями так, будто завтрашний день никогда не наступит.
— Чтобы проникнуть в замок, нам придётся пробраться мимо них, — пробормотала я.
Полковник Файрсвифт окинул взглядом армию, словно пытаясь решить, что делать. Без оружия и большей части магии его парализовала нерешительность. Он не был уверен в том, как победить.
— Все сводится не к магии, не к оружию, и не к искусству ведения боя, полковник, — сказала я ему.
Он перевёл взгляд с поля сражения на меня.
— Все сводится к этому, — я постучала пальцем по виску. — Все сводится к вашему уму. Вы же ангел. Вы глава Дознавателей. Вы же должны быть умным, верно?
Он застыл, как будто оскорбился уже тем, что я посмела задать такой вопрос.
— Я
— Вас тренировали с тех пор, как вы научились поднимать голову. Бороться. Оценивать поле битвы. Выстраивать стратегию, — я показала на поле битвы, бушующее за нашим барьером. — Так как нам пробраться через это?
Он просто наблюдал за сражением. В кои-то веки он совершенно лишился дара речи.
У меня тоже не было никаких идей, как победить. Охраны так много. И нам приходилось думать и о других командах, многие из которых обладали способностью швырять в нас взрывные атакующие заклинания. У меня даже не было ничего, чтобы ударить их в ответ.
Погодите-ка минутку… это не совсем так. У нас всё ещё имелась магия сирены. И в отличие от солдат Валоры, наши соперники в данный момент обладали нулевой сопротивляемостью к Песне Сирены.
— Мы должны заставить наших оппонентов сражаться за нас. Нам придётся внушить им, — сказала я полковнику Файрсвифту. — Они и есть наше оружие против других команд и против Стражников Валоры. Разделяй и властвуй.
Полковник Файрсвифт посмотрел на меня с незнакомым блеском в глазах.
— Ты умнее, чем кажешься, — он выглядел так, словно каждое слово этого признания обжигало ему язык.
Я сверкнула улыбкой.
— Видите? Я знала, что нам нужно провести вместе совсем немного времени, и вы меня полюбите.
Он наградил меня сердитым взглядом с явной угрозой в глазах.
— Не путай отвращение с привязанностью.
— Это была шутка? — я фыркнула. — Ого, полковник, я и не знала, что у вас есть чувство юмора.
Его суровый взгляд засиял ярче рождения новой звезды.
Захихикав, я покосилась на поле битвы.
— Спеллсмиттеры и Сильвертонги ближе всего. Давайте повеселимся с ними.
— Повеселимся? Уверен, ты хотела сказать «давайте обрушим на них наши тщательно спланированные атаки».
Я пожала плечами.
— Да, конечно. Если такая формулировка вам больше нравится.
— Ты обратишь Андрина Спеллсмиттера против Дезире Сильвертонг, — холодно проинструктировал он меня. — Я разберусь с Сири Сильвертонг и Киросом Спеллсмиттером.
Хорошее начало. Обе команды уже конфликтовали. Боги это видели. Внести разлад в эти команды будет проще, потребуется меньше магии и искусности, нежели для внесения разлада между друзьями.
Я нацелила свою магию сирены на полковника Сильвертонг и Андрина. Чары пошли легко, выстрелили из меня почти до того, как я закончила формулировать их в голове. Ронан не так давно объяснял мне, как отключение отдельных магических способностей позволяет оставшейся магии гореть ярче. Это ощущалось таким естественным, таким лёгким. Таким правильным.
Андрин и его тётя резко развернулись, обрушив друг на друга стихийные заклинания, тогда как Сири и её дядя начали швырять друг в друга взрывные бутылочки с зельями. Похоже, чары сирены, наложенные полковником Файрсвифтом, тоже оказались удачными.
— Внуши Изабель Баттлборн, — проинструктировал он меня, когда мы вышли из нашего укрытия, чтобы перебежать через дворик. Его взгляд сосредоточился на напарнице Харкера.
Мне понадобилось едва-едва коснуться магии Изабель, чтобы воспламенить её гнев. Её злость, которая так долго бурлила на поверхности, наконец-то взорвалась.
— Ты! — заорала она, выстрелив телекинетическим ударом в Харкера. — Почему ты его не спас? — она вновь швырнула в него магией. Её ярость пылала так жарко, что мне почти не пришлось ей внушать. — Почему ты вернулся, когда он погиб на том поле битвы?
Одно из заклинаний Изабель, предназначавшееся Харкеру, врезалось в башню замка и срезало верхушку.
