— Личные предпочтения и неприязнь не имеют никакого отношения к нашей работе, — холодно ответил он. — Ты — инструмент, Леда Пирс. И твоя магия сирены — это инструмент. Которому я мог бы найти применение, — он вновь поклонился Никс. — Дайте мне несколько месяцев с ней, Первый Ангел, и я превращу её в достойного Дознавателя.
— А что если я не хочу быть Дознавателем? — потребовала я.
— Твои пожелания значения не имеют, — он пренебрежительно взмахнул рукой. — Ты оставила свободу волеизъявления за дверью в тот самый день, когда присоединилась к Легиону Ангелов, — он снова посмотрел на Никс.
— Её магию протестируют, — согласилась Никс. — Но только
В глазах полковника Файрсвифта сверкнуло торжество, словно он уже выиграл битву, о ходе которой я даже не догадывалась. Для мужчины, который так сильно меня ненавидел, он явно слишком рьяно хотел меня завербовать. Может, ему просто нравилась мысль о том, чтобы мучить меня, тренировать, лишать свободы воли в попытках окончательно и бесповоротно сломать меня.
Да, решила я. Он будет наслаждаться, ломая меня, лишая человечности, чтобы он мог сотворить из меня оружие по своему усмотрению. Это его работа, и он её обожал. А теперь он хотел сделать из меня такого же специалиста. Нет. Я ему не позволю.
— Но я не могу гарантировать, что после магических тестов она окажется в вашем подразделении, — сказала Никс полковнику Файрсвифту. — Генерал Спеллсмиттер тоже делал запрос на неё.
Подождите, что? С начала тренировок я и двух слов не сказала генералу Спеллсмиттеру. С чего вдруг ему захотелось завербовать меня?
— У неё явно доминирует магия сирены, — согласился полковник Файрсвифт. — Это делает её моей.
Солдаты с доминирующей магией сирены часто становились Дознавателями; чем больше у тебя магии сирены, тем проще внушить кому-то выдать все секреты, которые они не собирались выдавать. Но есть у меня магия сирены или нет, я
— Судя по тому, как она проявила себя в последнем испытании, генерал Спеллсмиттер утверждает, что у неё доминирует магия вампира, — сказала Никс.
Вот как? Конечно, я спокойно справилась с жаждой крови, даже когда пила из мужчины с кровью-Нектаром. Но это потому, что я упрямая. Я никогда не демонстрировала мощных способностей вампира, по крайней мере, ничуть не лучше других.
Разве что… Ну, я пила из Неро буквально через две секунды после первого дара богов, Поцелуя Вампира. Если уж на то пошло, это означало, что у меня имелись желания вампиров, их жажда крови. Ненасытная жажда — да уж, крутая способность, ничего не скажешь.
Полковник Файрсвифт принялся высмеивать мысль о том, что я относилась к подразделению генерала Спеллсмиттера.
— У неё не то телосложение для Элитного Воина.
Будучи лидером Авангарда, генерал Спеллсмиттер командовал самыми сильными, самыми быстрыми, самыми выносливыми бойцами Легиона. Даже по стандартам Легиона, Элитные Воины были легендами.
— Он прав, — сказала я Никс. — Я не Элитный Воин. Но я и не Дознаватель.
— Это не тебе решать, — резко ответила Никс. — И не генералу Спеллсмиттеру, и не вам, полковник Файрсвифт. Мы проведём магические тесты после окончания тренировок. Затем
Слова Никс звучали коротко и отрывисто, словно её терпение на пределе. Более того, она казалась обеспокоенной. И я хорошо понимала, почему. Фарис решительно настроен взорвать секреты богов, и он уже показал, что вполне на это способен. Может, Никс не знала, что за всем этим стоит Фарис, но она должна понимать, что кто-то манипулирует испытаниями.
Её с Ронаном причастность к Стэшу уже разбередила ярость богов. То, что они его прятали и тренировали — не единственный их секрет. Я знала кое-какие другие, и уверена, что есть ещё масса секретов, о которых я не догадывалась. Как и сказал Фарис, после стольких тысячелетий невольно накапливаешь немало скелетов в шкафу.
Мы с полковником Файрсвифтом последовали за Никс обратно в палату аудиенций богов.
— Твой любовник и его бывшая любовница куда-то подевались, — прошептал мне полковник Файрсвифт, когда Никс от нас ушла.
Он сказал это так, словно хотел, чтобы я пришла к каким-то выводам. Неправильным выводам.
— Не будете ли так любезны поискать их по шкафам ради меня? — сухо поинтересовалась я.
Он нахмурил брови.
— Если ты будешь Дознавателем, то тебе придётся стать менее доверчивой.
— Тогда хорошо, что я не собираюсь становиться Дознавателем.
— Посмотрим.
Я изо всех сил постаралась отбросить свои тревоги. Я выбросила из головы образ себя в роли Элитного Воина в Авангарде, который стоял на передовой каждого кровавого сражения. Я попыталась забыть образ себя в роли Дознавателя, которого страшатся и ненавидят, который вынужден выслеживать и пытать дорогих людей.
