— Конечно, нет. Однако, есть еще одна возможность, которая уже намечается. Живи у меня.
Я покачала головой. Я не была готова к тому, как сильно мне хотелось принять это предложение, но я по опыту знала, что нельзя никому доверять.
— Подумай ещё раз, — сказала я. — Ты же меня не хочешь. Я только встану на пути твоей идеальной жизни. Хорошо ли ты все обдумал? Представь себе, что тебе придётся рассказать своим друзьям о своей ошибке семнадцатилетней давности. Ты даже не смог представить меня Дане, которая очевидно тебя знает. — Горечь закралась в мой голос. — А что насчет твоей жены и дочери? Ты считаешь, что они обрадуются, если я сяду к ним на шею?
Он выглядел не впечатлённым, поэтому я сменила логику на искусство убеждения. — Послушай, подпиши просто справку о совершеннолетии и отпусти меня. Все будет так, как будто я никогда сюда не приезжала.
— Мне было не ясно, как исполнить это обещание, учитывая мои сбережения, но я его выполню.
Бен молчал, и я ненавидела его за то, как он тянул время.
«Мы оба знаем, что ты не хочешь меня.»
Он подал знак официантке, что хочет заплатить. Когда она подошла к нашему столу, он улыбнулся и сказал:
— Дана, я хочу познакомить вас с моей дочерью. Реми переехала на этой неделе и с этого момента живет с нами.
Не заботясь о приветствии Даны, я в шоке смотрела на него. Она ушла, а я сказала:
— Это не смешно. О чем ты думаешь вообще, что ты делаешь?
Бен встал и бросил соответствующую сумму на стол.
— Я не буду ничего подписывать. Ты идешь со мной домой. Никакой работы и никакой арендной платы.
С негодованием я последовала за ним. По-видимому, он играл со мной. Он придержал мне сначала дверь в кафе, а затем в машине. Грязь на сиденье рядом с водителем он не упомянул не словом.
— Почему? — спросила я, когда он сел рядом со мной.
— Я нужен тебе. — Он смотрел на моё разозленное выражение лица. — Хорошо, вероятно, ты во мне не нуждаешься, но ты не должна проходить через это одна. На этот раз я буду рядом.
Новое чувство охватило меня. Надежда. Нерациональная, нереальная надежда. Бен поднес руку к моему подбородку, прикоснувшись ко мне во второй раз.
Синие искры перепрыгнули с моей кожи на его пальцы, и снова я заметила его сердечную аритмию. Его состояние не внушало опасения, всё же я начале его исцелять.
Он, кажется, не заметил вспыхнувшего света.
— Ты не веришь мне?
Я не стала спорить, и он отпустил меня, чтобы завести мотор.
— Все в порядке, Реми. Я чувствовал бы себя также. Но я твой отец и собираюсь поступить соответствующе.
— Ты не мой отец, Бен. Для этого слишком поздно.
Когда я употребила его имя, он скривил лицо и неохотно кивнул.
— Хорошо. Ты права. Тогда я твой друг, столько, сколько ты позволишь мне.
Я пожала плечами, списывая это на ложь взрослых, которые думают, что дети хотят услышать что-то в этом роде.
— Для чего эти глобальные перемены? Ты же семнадцать лет делал вид, как будто меня не существует!
Стыд и чувство вины исказили черты его лица.
— Я уже давно хотел, чтобы ты была частью моей жизни. Но твоя мать убедила меня в том, что будет лучше, если я буду держаться от тебя подальше. Я позволил ей убедить себя, потому что так было проще. — Он смотрел мрачно на улицу. — Таким эгоистичным по отношению к тебе я больше не буду. Если ты дашь мне шанс, я буду рад познакомиться с тобой.
Я упрямо скрестила руки на груди. Мы свернули на его улицу.
— Дай мне месяц, — попросил он настойчивым тоном. — Если не сработает, я помогу тебе встать на ноги. Договорились?
Снова зародилась надежда, но я не допустила её. Никто не менялся с одного момента на другой. И тем не менее… Мое сердце билось нерегулярно, в то время как его теперь регулярно. Он почти не услышал, когда я прошептала: — Договорились.
Когда мы пришли домой, Лаура уже ожидала нас у дверей. Дома. Это не твой дом. Реми. Не забывай это!
Я справлюсь с тем, что нежеланна, и меня не особо заботило, если жена и дочь Бена не хотели ничего обо мне знать, что должно быть так и было. Я расправила плечи и напомнила себе, что это все временно.
Лаура- изящная женщина с сердцевидным лицом и короткими рыжими локонами, с губами, которые в любой момент могли улыбаться. Она едва доставала мне до плеча, так что я чувствовала себя великаншей рядом с ней.
— Привет, — сказала я.
— Реми, о, а вот и ты!
Она обняла меня и окутала облаком цветочных духов. Ещё одно сканирование и диагноз: здорова. Я облегченно вздохнула.
Во время короткой поездки в машине я поняла, какой изнурённой была, как в эмоциональном, так и в физическом отношение. Еще один больной человек мог означать мой конец.
Когда я не ответила на ее объятия, она решила отпустить меня и отступила. У нее были темные круги под глазами, за которые, определенно, в ответе была я.
— Спасибо, Лаура, — сказала я и облизала потрескавшиеся губы. — Мне очень жаль, если я заставила вас волноваться. Я отправилась прогуляться и забыла о времени.
Она засияла.
