И я подумал, что пришельцы применяют какое-то излучение, действующее на сознание горожан Петрума. Но доказательств не было. Тогда я решил сам побывать в городе. Мы накхи, очень чувствительны к любым полям, будь то электрические, магнитные или еще какие. Мы чувствуем их кожей. Я оказался прав, ощутив странную вибрацию воздуха, накрывшую город. Тут до меня дошло, что они воздействуют на разум горожан, на генетическом уровне. Идея хороша тем, что под воздействие этих аппаратов попадают только люди Лунного мира. Правда, мне пришлось бежать из города. Меня заметили. Пришельцы очень осторожны, они даже ночью охраняют Дацан. Как я полагаю, их внимание привлек необъяснимый светящийся объект, скользивший между деревьев. А свет луны отражается от тел накхов. И в мою сторону полетели пули.
Мараша используют только как слугу, подай, принеси и выйди вон. Кроме того, за аларианцами следят, одних никогда не оставляют. А энергией силы он не обладает.
Поэтому нам ничего не оставалось, как следить за пришельцами. Когда они прибыли к вам в Ард, я и увидел источник этого поля, но подойти не мог. Слишком заметен. А тут ты свалилась мне на голову. Ты можешь летать, я подумал, что ты ульф, и сможешь мне помочь. Теперь понятно?
- А почему ты не обратился к ульфам, к той же Таире?
Смий тряхнул золотистыми волосами, его лицо стало злым, зубы заскрипели.
- Ульфы плохо относятся к нам, - грустно сказал Мараш.
- Но почему?
- Хватит разговоров! - прошипел накх.- У нас мало времени. Ульфы не придут на помощь, если их позову я, или Мараш. А знающие не пойдут. Они смотрят в рот пришельцам, и во всем с ними соглашаются.
- Не злись, - вмешался в разговор Мараш, - знающие все-таки смогли побороть влияние этого поля. Я говорил тебе, они все под замком в подвале сидят...
- Мне надо подлететь и снова положить на коробку твою ленту? - поинтересовалась я
- И да, и нет. Аппарат стоит внутри здания, незаметно подлететь не сможешь. Но Мараш тебя проводит туда. Ты умеешь проникать в сознание людей?
- Нет.
- Нет? Да-а-а-а! Ты не ученица Таиры... Ладно, твоим учителем стану я... Ты способная. А потом решим, как тебе появиться в Петруме... А теперь иди сюда и поешь. А я посплю. А то всю ночь не спал, тебя грел.
- То есть как? - не поняла я.
Но Смий мне не ответил, а отошёл в сторону, и разлегся под деревом, его тело сложилось так, что верхняя половина, удобно расположилась в кольцах.
- Когда накхи засыпают, температура у них понижается, - ответил за Смия Мараш.
Я с благодарностью посмотрела на золотого парня, но пользоваться его добротой больше не хотела.
- Не волнуйся, я принесу тебе теплый плащ, - казалось, услышал мои мысли грустный человек.
- Спасибо, - поблагодарила я, и, вспомнив его огромные глаза при виде моей персоны, поинтересовалась: - А мы знакомы?
- Почему ты так решила, - нахмурился Мараш.
- Ты удивился. Помнишь?
- Да. Просто ты похожа на одного человека.
- Кого?
- Это не имеет значения.
- А все-таки.
- Я пойду. Мне нельзя надолго отлучаться. Могут заметить. Приду вечером. И. взяв пустую корзину, он быстро ушёл. А я осталась одна.
Таира - это имя всплыло из моих детских кошмаров. Я очень боялась ее, в моем представлении она была похожа на костлявую бескомпромиссную учительницу в начальной школе, где я училась. Когда она возникла в первый раз? Ах, да! В тот день, играя в саду, я увидела, как в мою сторону мчится грызун. Я завизжала, поджала ноги и зависла в воздухе. На мой крик выбежала мама, на миг замерла на месте, а потом, бросившись ко мне, подхватила на руки и крепко прижала к себе. А вечером, засыпая на руках отца, впервые услышала это имя. Разговор не помню, только отчетливо отложилось в памяти, что некая Таира хочет меня забрать к себе. Я приподнялась, обхватила его за шею: - Не отдавай меня никому, никому, - попросила его. Он нежно прикоснулся губами к моей щеке и пообещал, взяв с меня слово, что никто никогда не узнает, что могу летать.
Так в мою жизнь вошла тайна. Быть как все, не выделяться, и скрывать то, что я могу гораздо больше, чем мои друзья и их родители, стало моей привычкой. Когда я стала немного взрослее, как-то папа позвал меня к себе и сказал:
- Дайри, мы с мамой делаем нехорошую вещь, пряча тебя от Таиры. Но мы очень долго ждали нашу дочку, которая никак не хотела приходить к маме и папе. Но вот ты здесь. И расстаться с тобой, у нас нет сил. Жить в Солнечном мире я не могу, он мне чужой. А мама не хочет покидать меня. Но ты очень способная, и мы будем учить тебя тому, что знаем сами. А когда ты вырастишь, тебе все равно придётся пойти к Вечной, продолжить свое обучение. Но пусть это будет нескоро. Ладно?
